Все приключения Электроника стр. 230
одна мама узнала пса: «Рэсси, ко мне!» Она протянула ему сверток с лакомствами, назвала отряд и фамилию своего чада: «Вперед, Рэсси!» К удивлению остальных родительниц, грозный пес безмолвно повиновался приказу.
– Это Рэсси, – объяснила технически грамотная мама. – Он служит человеку и может быть обыкновенным псом.
В тот вечер Рэсси отнес немало посылок и записок, пока его не застал за этим неблаговидным занятием Электроник.
– До чего ты дошел, Рэсси, – сказал позже, в отсутствие родителей, Эл. – Таскаешь конфеты, вместо того чтобы узнавать тайны мироздания…
Рэсси бросил контрабанду и занялся мирозданием. Но слова чьей-то мамаши о превращении в обыкновенного пса еще долго преследовали его.
А врач не выдержал и вывесил на воротах заметную издали табличку:
КАРАНТИН
Слово вроде не страшное, но могущественное. У забора сразу стало пусто.
– Карантин от чего? – спросил Ростислав Валерианович, преподаватель физкультуры, исполнявший обязанности начальника лагеря.
– От всего, – пояснил кратко врач.
– Я должен знать, подписывая приказ, – уточнил принципиально Ростик. – Корь? Свинка? Коклюш?
– От родителей! – не выдержал доктор.
– Здорово ты это придумал! – усмехнулся Ростик и подмахнул приказ. – После чая – все на тренировку.
Врач еще раз осмотрел ребят. И не нашел в них ничего, кроме загара, здоровья и озорной таинственности в глазах.
– Здравствуйте, Карантин Карантинович, – приветствовал его какой-то насмешник из старшего отряда.
– Подежуришь на кухне или сделать укол? – спросил врач, оглядывая здоровяка.
– Конечно, укол! – радостно реагировал здоровяк.
– Иди забей гол! – усмехнулся доктор.
… Элечка выскользнула из палаты на рассвете. Ее волновало таинственное рождение утра…
Солнце еще не встало, но Эля ощущала за далеким бугром горизонта его струящиеся теплые лучи. Трава и листва умылись росой, сбрасывая темные краски ночи, наливаясь изумрудным зеленым цветом. Девочка слышала, как ворочаются в гнездах птицы, как сопят под елками ежи, как кто-то скребется под землей. Десятки живых сердец бились вокруг, и каждое отзывалось в Электроничке радостью новой жизни. Но не было пока сигнала петь, прыгать, бегать, летать –
словом, не было еще всеобщей побудки природы.
Элечка обладала удивительной чувствительностью.
Она анализировала фотонный состав разных участков неба. Расшифровывала первые вскрики птиц. Видела насквозь сложные биомеханизмы пчел, мух, стрекоз, муравьев и прочей мелкоты. Прогнозировала погоду на каждый ближайший час. Все эти острые ощущения, однако, не складывались у Элечки в общую картину летнего утра, и она чувствовала себя растерянной.
«В чем дело? – спрашивала она себя. – Я вижу, как дышит дерево, как растет трава, как розовеет понемногу высокое облако. Но я лишь фиксирую их состояние, не понимаю, чем утро лучше ночи. Я такая же бодрая, как обычно, и утренняя свежесть для меня лишь цифры температуры, влажности и давления. Что же нового в новом утре?»
Чувство растерянности не проходило.
«А может, я просто неживая?»
От этой мысли ее охватила электрическая дрожь. Эля больше не хотела оставаться в одиночестве. Она вложила два пальца в рот и лихо, по-разбойничьи свистнула.
Тотчас распахнулись двери голубого домика, и на веранду выбежала великолепная Элечкина команда: Майя, Кукушкина, Света, Лена и Бублик.
– Ты звала нас? – выпалили девчонки, протирая спросонья глаза.
– На старт! – скомандовала Элечка, и девчонки соскочили с веранды, встали рядом с вожаком. – Бегом марш!
И вот они бегут за Элечкой по мокрой поляне, продираются сквозь сыплющийся градинами воды