Всегда начеку стр. 331
когда открыл дверь Сафонову. Чуть помедлил в дверном проеме, загораживая спиной свет с кухни, потом, словно решив для себя что-то, вежливо пропустил участкового в квартиру. У Жуковых было чисто, уютно. Но сам хозяин ходил по комнате в измазанных грязью сапогах. На кухне горел газ, но на конфорке ничего не стояло. Очевидно, Жуков только пришел домой, не успел переодеться и даже поставить чайник.
Сел Жуков первым. «К окну, чтобы мне смотреть на него против света», — определил Сафонов. Значит, волнуется и хочет скрыть что-то. Но разговор пошел самый благодушный. Должно быть, предугадывая вопросы, Жуков рассказал и о работе (надо бы найти поинтересней), и о своих выпивках (корчевать такие привычки сил не хватает), и о прекрасных заработках жены-портнихи. Рассказал Жуков обо всем этом, удовлетворенно глянул на участкового и решил вроде подвести черту:
— Погода что-то никак не установится.
Сафонов поддержал невинный разговор.
— Погода — женского рода, вот она и изменчива, — потом серьезно добавил: — Но над нами не каплет. Так же как над Кухтарем. Взяли его вчера в Сормове.
— Да ну! — с наигранным испугом произнес Жуков. — Но сейчас ведь без причины не берут. Не то что до 1953 года... Меня тогда, помните, сколько раз за здорово живешь — в предварительное заключение. Только последний случай был правильный.
Помните?..
Но Сафонов уже откланивался. Шел назад в отделение разочарованный. Кухтаря несколько раз видели с Жуковым. Арест дружка должен был в какой-то мере насторожить ночного сторожа. А он и бровью не повел. Или уже предупрежден, или подготовил себе алиби.
В райотделе его ждало известие: в кювете Арзамасского шоссе найден угнанный на прошлой неделе мотоцикл. Сафонов немедленно отправился в гараж осмотреть машину. И вновь, как два месяца назад, обнаружил странную особенность: у «находки» подача газа и сигнала переделаны для правой руки. Все ясно, как божий день! Это Жуков. Ведь у него нет кисти левой руки. Быстрее к нему! Но ночной сторож уже ушел из дому. Все поиски его оказались тщетными.
Между тем на другой день в Приокском районе кто-то снова украл мотоцикл. А не было ли в том районе квартирных краж? Ведь былая «специальность» Жукова — именно воровство по квартирам. Были в тот день такие кражи.
Ниточка, вне всяких сомнений, тянулась к Жукову. Сафонов сообщил о приметах ночного сторожа дежурному по горотделу. В поиски преступника включились десятки людей. И вот один молоденький милиционер схватил Жукова на вокзале. Повез в Приокский райотдел. Жуков решил сыграть ва-банк.
— Ладно, гражданин начальник, признаюсь тебе во всем, — сказал он дорогой. — Я и мотоциклы уводил, и крал. Но ты меня не видел. Бери двести рублей — и шито-крыто. А?
Милиционер только и смог выговорить:
— Откуда ты взялся, такая сволочь?
На повороте мотоцикл вдруг занесло, конвоир замешкался, а преступник на ходу выпрыгнул в темноту и убежал.
Молоденький милиционер был так огорчен и расстроен, что Сафонов забыл все слова укоризны и, как мог, начал утешать его:
— Теперь не уйдет, поймаем.
А где ловить? Чутье подсказывало: к себе Жуков не вернется. А если домой к матери? Попросил на заводе группу дружинников, окружил дом. А сам лег под брезент в кузов грузовика, который поставили поблизости.
Дружинники спугнули Жукова, действительно решившего спрятаться у матери. «Ночной