Всем парням, которых я любила стр. 142
Китти на первое место. Ты хоть представляешь, как было тяжело находиться так далеко от вас? Как было одиноко? Все, что я хотела, – просто вернуться домой, но не могла, потому что должна быть сильной. Должна быть. – она с трудом сглатывает воздух, – хорошим примером. Я не могу быть слабой. Я должна показать вам, как быть смелой. Потому что… потому что мамы нет здесь, чтобы сделать это.
Слезы скатываются по моим щекам.
– Знаю. Тебе не нужно мне этого говорить, Гоу– Гоу. Я знаю, как много ты для нас сделала.
– Но потом я уехала, и, похоже, что вы больше во мне так сильно не нуждаетесь, как я думала, – ее голос срывается. – Вы прекрасно обходитесь и без меня.
– Только потому, что ты меня всему научила! – выкрикиваю я.
Лицо Марго смягчается.
– Прости, – плачу я. – Я так сожалею.
– Ты мне нужна, Лара Джин.
Она делает шаг мне навстречу, и я шагаю по направлению к ней. Мы падаем в объятия друг друга, рыдая. Облегчение, которое я испытываю, неизмеримо. Мы сестры, и нет ничего, что она или я могли бы сказать или сделать, чтобы это изменить.
Папа стучится в дверь.
– Девочки? У вас все в порядке?
Мы смотрим друг на друга и одновременно произносим:
– Все хорошо, папочка.
Глава 71
КАНУН НОВОГО ГОДА.
Канун Нового года всегда был для нас домашним праздником. Мы делаем попкорн и пьем игристый сидр, а в полночь выходим во двор и зажигаем бенгальские огни.
Несколько друзей Марго из средней школы устраивают вечеринку в коттедже в горах. Она заявила, что не собирается ехать и лучше останется с нами, но мы с Китти заставили ее. Я надеюсь, что Джош тоже поедет и они поговорят. И кто знает, что произойдет дальше. В конце концов, это же канун Нового года. Ночь для новых начинаний.
Мы отправили папу на вечеринку, устроенную кем– то из больницы. Китти выгладила рубашку, а я выбрала галстук, и мы выпроводили его за дверь. Думаю, бабушка права; не хорошо быть папе одному.
– Почему ты до сих пор грустишь? – спрашивает меня Китти, когда я насыпаю для нас попкорн в тарелку. Мы на кухне; она сидит на табурете у барной стойки и болтает ногами. Щенок свернулся клубочком под ее стулом, смотря на Китти полными надеждой глазами. – Вы с Марго помирились. Чего горевать-то?
Я собираюсь отрицать, что грущу, но потом просто вздыхаю и говорю:
– Не знаю.
Китти хватает горсть попкорна и роняет несколько хлопьев на пол, которые тут же проглатывает Джейми.
– Как можно не знать?
– Потому что иногда ты чувствуешь грусть, но не можешь ее объяснить.
Китти склоняет голову набок.
– ПМС?
Я отсчитываю дни с момента последних месячных.
– Нет. Не ПМС. Просто потому, что девушке грустно, еще не значит, что это имеет какое-то отношение к ПМС.
– Тогда почему? – не унимается Китти.
– Я не знаю! Может быть, я по кому-то скучаю.
– Ты скучаешь по Питеру? Или Джошу?
Я колеблюсь.
– По Питеру. – Несмотря ни на что, по Питеру.
– Так позвони ему.
– Не могу.
– Почему нет?
Не знаю, как ей ответить. Все так неловко, и я хочу быть той, на кого она может равняться. Но Китти ждет, ее маленький лоб сморщился, и