Всемуко Путенабо стр. 177
не сидеть сложа руки. А если попутно включать голову — шансов становится очень много.
Побитые для острастки Саня и Тоха, представленные главе холдинга как Александр и Антон, изображают понурых осликов — свесили ушки и носы, смотрят в пол и стараются быть прозрачными. Печальное, душераздирающее зрелище. Они уже все рассказали. Антон немного, Александр, протрезвевший после первого же удара, намного больше.
— Лиза, говоришь? — хмыкает Сыч, глядя сквозь как бы действительно ставшего невидимым Саню.
Саня быстро кивает.
— Елизавета Крамер? — повторяет Сыч имя и фамилию девушки, за которую Саня бился с Кириллом.
До дармоедов доходит. Сотрудница «Риэлтинга». У дома недавно выставлено и образцово мерзнет наблюдение. А она в это время…
Из-за своего стола на все это с интересом смотрит Жанна.
— Найти? Доставить? Допросить? — бьет всеобщий энтузиазм.
Нашлось Дело. Значит, появилась безболезненная возможность прекратить застопорившийся разнос до появления жертв со стороны мирного и немирного населения.
В дверях холла, где собралась вся честная компания, неслышно материализуется охранник.
— Борис Борисович, посмотрите.
— Что?
— Из этого такси следили. — На настенную панель выводится изображение. — Мы хотели проверить, они уехали.
— Приблизь.
Фокус камеры наезжает на маленький «Пежо», быстро вырастающий до размеров «Белаза». Теперь хорошо видны завалившийся на подголовник дрыхнущий водитель и дорого одетая волоокая барышня. Барышня не отводит взора с окон офиса, словно в ожидании суженого.
Жанна, случайно оказавшаяся в эпицентре вечерних событий, узнает:
— Лиза!
— Крамер? — Сыч не столько встревожен или удивлен, сколько просто задумчив. Он рассеянно глядит на изображение умчавшейся Лизы. — Какое любопытное совпадение, не правда ли? Неплохо бы поговорить. Пошлите к ней…
— Не надо никого посылать. Уже поговорили. — Судорожная улыбка на губах Жанны.
Все взгляды устремляются на нее.
— Рассказывай, — звучит команда начальника. — Нет. Пойдем в кабинет.
Недоуменный вопрос охраны:
— А этих куда?
Саня и Тоха съеживаются до размеров отрицательных величин.
— Пока в подвал. До понедельника. — Сыч добр. — Потом пусть катятся на все стороны.
— Там конокрады.
— Кто?
— Эти, которые у вашей сестры машину увели, ваш подарок. К ним подселить?
— Тех показательно наказать. А этих отдельно. Места, что ли, мало?
Сыч скрывается в кабинете. Жанна идет за ним. Все остальные, кроме охраны, забравшей новых подвальных жителей, остаются ждать дальнейших распоряжений.
— Садись. — Сыч указывает напротив стола, бухается в свой начальственный трон и скрещивает руки. — Итак?
— Я говорила с Лизой. — Закрыв за собой дверь, Жанна присаживается.
Сычу не до ее коленок.
— Уже понял. Скажи главное, что мне чрезвычайно интересно: можешь объяснить, как у Кирилла Матвеева, которого по моему указанию ищут все и каждый, оказались куртка и шапка Алекса?
— Что?! — Ее ресницы взлетают до бровей.
Не дававшие покоя подозрения сначала привели среди ночи в офис, теперь подпитались дополнительными аргументами. И получили новый вектор.
Сыч доволен эффектом.
— Кстати, принеси. Эти дурни не удосужились даже досмотреть.
Жанна бежит за вещами и через минуту возвращается удивленная:
— Вещей нет.
— Я сам видел! — Сыч стучит по кнопке спикерфона: — Где куртка и шапка из машины?!
Дверь приоткрывается. Водитель «Тахо». Взгляд в пол:
— В машине остались.
— Так неси!
— Не в нашей. В их машине. В «Ладе», из которой их взяли в частном секторе. Никто же не думал…
— — —— Меня?! — Ощущение нереальности. Тем не менее, Кирилл говорит в принятую