Всемуко Путенабо стр. 193
не думала, что кто-то… Ты бился… стонал…рвался куда-то… и только тогда успокоился. Прости.
Красная, как рак на рекламе пива, Марина вскакивает. Кирилл смущенно отводит взор. Крепко запахнувшись в халат, Марина бросается к двери, щелкает замком, отворяет…
И с легким безумием оборачивается. На него глядят ее непомерно круглые глаза:
— Это тебя.
— Опять?
Дурной сон.
Бесцеремонно сдвинув хозяйку в сторону, вваливаются ребята Сыча:
— Приятно видеть в добром здравии. Думал не найдем? Собирайся.
— Я могу поговорить с Алексом Акимовым?
— Поговорить? — Они переглядываются. — Нет. Навестить в больнице — да. Насколько скоро — зависит от твоего поведения.
— Что с ним?
— Как обычно, — смеются они. — Не был бы паркурщиком, размазали бы миленького по стеночке, как ребенок комара.
— Кто?
— Дух святой.
Снова смех. Невеселый. Никто не понимает, как такое случилось. В наш век материализма… Какие силы ополчились на Алекса, кому он перешел дорогу — колдуну, ведьме, черту или дьяволу? Держался бы ближе к своему начальству — целее был бы. Сыч и в подземном мире не последний человек.
Или… именно поэтому?
— — —Возможно, кто-то из сидящих по своим квартирам вызвал полицию. Или не вызвал. Или просто глядит в щель между шторами очередной уличный спектакль. Или снимает на телефон, чтобы собрать в сетевой видеосвалке большую аудиторию. Люди не измельчали, они всегда были такими. Рыцарями делает любовь.
На пороге подъезда с любовью явно не в порядке. Двое нерыцарей отобрали у Кристины сумочку, сняли песцовую шапку и теперь, врезав под дых и зажав рот, чтоб не орала, снимают шубку.
— Ммм!.. — это все, на что она сейчас способна.
Она успела вызвать нужный номер квартиры, но домофон так и не ожил. Чужие руки рвут из ушей серьги.
— Кольцо не забудь! — шипит один из налетчиков.
Оба нервно озираются. Они торопятся. Подъездная площадка освещена, в любой момент кто-то может выйти или подъехать.
И это происходит, внутри раздается сигнал открытия двери.
— Атас!
На прощание Кристину опрокидывают в сугроб, и она остается одна. Взгляд бессмысленно наблюдает исчезновение во тьме дорогих сердцу предметов.
Слышен лязг распахивающейся двери.
— Стой! — вопит тонким фальцетом разъяренное видение в прозрачном пеньюаре и троекратно палит в воздух из маленького травматика.
От грохота закладывает уши, а крик обращен уже в пустоту. Поздно.
— Лиза?!
Кристина вылезает из снега и бросается к подруге. Ее сотрясают рыдания. Лиза, в один миг окоченевшая в своем почти абсолютном ничего, хватает ее за руку и запихивает в подъезд, подальше от лютого мороза. Соседи по-прежнему глухо спят или успешно делают вид. Спасение утопающих — дело самих утопающих. Закон каменных джунглей.
Кристина и Лиза поднимаются к квартире. Налипший снег быстро впитывается, Кристина отряхивается, в стороны летят вязкие брызги. Лиза ежится, обхватив себя руками, и быстро стучит шлепанцами по ступенькам. Все, что она успела, увидев происходящее на улице, — прыгнуть в тапки и схватить пистолет.
Когда остается одна ступенька, Лиза застывает с поднятой ногой, про которую, кажется, просто забыла. Затем она стискивает зубы и с силой, до боли в пятке, ударяет ногой по ступеньке.
— Блин! — Ей хочется разбить лоб о ближайшую стенку.
Дверь квартиры захлопнута. Ключ остался внутри. Это же не ее дом, здесь все по-другому.
— Зачем ты вернулась?! — напускается она на приятельницу.