Библиотека

Всеобщая история кино. Том 4 (первый полутом). Послевоенные годы в странах Европы 1919-1929 стр. 4

Размер шрифта
-
+
Тема

бельгийский и швейцарский рынки оставались всегда открытыми для Франции, если она по-прежнему занимала прочные позиции в Египте, Испании, Португалии, Греции, если с 1921 года она продолжала укрепляться в так называемых «государствах — наследниках Габсбургов» — Польше, Австрии, Венгрии, Чехословакии, Югославии, — то Южная Америка старалась запереть свои двери перед французскими фильмами, а доступ в Скандинавские страны открывался лишь от случая к случаю.

Среди покупателей французской кинопродукции примечательно отсутствие Италии, так же как Германии и России. Наконец блеснула очень заманчивая перспектива — покупка Соединенными Штатами за 60 тысяч долларов (то есть 220 тысяч франков по курсу 1921 года) «дубль-негатива для обработки» (вполне в американском вкусе). Эта сделка, кажется, так и не была заключена, но названная цифра, во всяком случае, показывает, что такая продажа Северной Америке вполне покрыла бы все расходы на производство обычного для того времени французского фильма (150 тысяч франков).

Вновь выйти на американский рынок — такова была цель фирмы «Франко-америкэн синематографик корпорэйшн», руководимой главным вкладчиком Рвори. Среди почетных членов ее правления фигурировали Анри де Ротшильд и Андре Ситроен, а председателем был министр народного просвещения. Членами ее сценарной комиссии состояли Тристан Бернар, Альбер Каррэ, Фир-мен Жемье, братья Изоля, Андре Антуан, основатель «Театр-либр», и другие. По случаю основания этой фирмы с капиталом в несколько миллионов состоялся банкет под председательством депутата Далимье и с участием Фернана Фабра, директора Комеди Франсэз.

Три месяца спустя участники банкета имели смущенный вид. Генеральный секретарь корпорации Андре Хим-мель за крупное мошенничество был только что посажен в тюрьму, где он теперь читал Монтескьё и Боссюэ. Об этом двадцатитрехлетнем молодце уже распевали песни на Монмартре, как о Сесиль Сорель, Ландрю или боксере Карпантье, «звездах» современного Парижа. Но Андре Антуан оправдал его сотрудничество в этом предприятии, написав в «Синэ-магазин» (21 января 1921 года):

«Когда стало известно о смелой инициативе, о реальной попытке возместить достойную сожаления скудность средств, первой реакцией было объединиться против дерзкого. А между тем этот проект мог открыть нам Эльдорадо знаменитого американского рынка, основать центр для кинопроизводства, который невозможно создать в Европе. Это было так логично, так заманчиво, что все, кто жил не личными интересами, не всевозможными интригами в мире кино, уже предвидел грандиозные перспективы. Такое плодотворное сотрудничество французского гения и американского финансового могущества тотчас заинтересовало киноэлиту, которая без колебаний доверилась Андре Химмелю. Но в мире кино думали только о возможной конкуренции, о частных интересах и сделали все возможное, чтобы провалить дело…»

Даже если бы дело, начатое Андре Химмелем, и имело прочную базу, оно, по-видимому, столкнулось бы с интересами, господствовавшими во французском кино, которое стремилось вовсе не к тому, чтобы вновь завоевать американские и даже французские экраны. Его политику Андре Антуан определяет далее так:

«Кино, пройдя через множество кризисов, не переставало обретать все большее значение… Постоянно открывались новые, роскошные кинозалы… Между тем — не загадка ли? — производство замедляется, прокатные фирмы почти прекращают работу, а доходы владельцев кинотеатров продолжают расти.

Производитель товара чуть ли не разоряется, а те, кто его продают, богатеют. Директора наших крупных фирм превращают свои предприятия в прокатные агентства или становятся представителями иностранных фирм.

Руководители, всегда склонные нападать на других, вместо того чтобы упрекать самих себя, обвиняли

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.