Второй дневник сновидений стр. 43
подставила под неё самую большую чашку, которая оказалась поблизости, и нажала на значок «капучино». Дважды.
– Дерево? Но зачем? – осведомилась Мия с идеальным сочетанием любопытства и удивления в голосе.
– Этого никто не знает, – сказала Лотти. – Но миссис Спенсер уже сообщила в Скотленд-Ярд. Это было очень ценное дерево!
Я чуть было не расхохоталась. Ну конечно! У них наверняка работает целая команда садовых сыщиков, специально для таких случаев. Скотленд-Сад. «Добрый день, я инспектор Гриффин и буду заниматься расследованием дела по убийству Господина Исполина».
– А почему плачет Флоранс?
– Она плачет, потому что очень его любила, – сказала мама.
Вот уж нашли причину. Это было даже не дерево, а самшитовый куст. Куст, который подстригли и придали ему сомнительно-красивую форму птицы.
– Это не какое-то там дерево. Мы с Господином Исполином знакомы ещё с тех времён, когда я была совсем маленькой. – Флоранс всхлипнула. Глаза её покраснели. – Мы росли почти что вместе.
Мы с Мией быстро переглянулись. О нет, только не это!
Мне срочно нужен кофе. Живо! Кажется, сегодня кофеварка работала медленнее, чем обычно.
– Это была действительно удивительно красивая… э-э-э… птица, – сказала мама и погладила Флоранс по голове. – Я спрашиваю себя: каким же человеком нужно быть, чтобы совершить такое?
Ну… как тебе сказать… Таким же, как я или ты, например.
– Подлые, грубые люди, которые в глубине души завидуют всему прекрасному!.. – Флоранс громко всхлипнула.
Что? Нет! Ничему мы не завидовали. И мы превратили бы Господина Исполина в красивейшего скунсика, если бы он так не упирался. Я быстро перевела взгляд с Мии на ножницы, которые висели на своём обычном месте на стене. Интересно, насколько их притупила вчерашняя операция? Возможно, на них даже остались следы и вмятины. Я незаметно ощупывала руки, нет ли на них мозолей и синяков. Да, указательный палец покраснел и опух.
Наконец-то мой двойной капучино был готов. Я с такой жадностью сделала первый глоток, что обожгла язык.
– Наверное, это была какая-то нетрезвая молодёжь, которая возвращалась с вечеринки, – сказал Эрнест. Он подошёл к нам, всё ещё держа в руке телефон. – Хотя у мамы своя версия: она подозревает завистливую соседку.
– И она действительно подключила Скотленд-Ярд? – спросила Мия.
Эрнест улыбнулся:
– У неё есть друг, который когда-то работал в Скотленд-Ярде. Вы с ним вчера познакомились – мужчина с красивой бородой.
– Адмирал?
Эрнест кивнул:
– Мама в такой печали, что попросила адмирала обратиться к его бывшим коллегам. Но вряд ли они смогут чем-либо помочь.
Да, хотелось бы верить. Я отпила ещё немножечко кофе, пытаясь тем временем вспомнить, оставили ли мы на клумбе отпечатки подошв, по которым нас могут опознать. Или клочки куртки… Нет. Чепуха! Во-первых, земля вокруг кустов была заботливо укрыта соломой, а во-вторых, Скотленд-Ярд не будет заниматься поиском следов и сканированием местности ради какого-то там самшитового дерева. Адмиралом больше, адмиралом меньше.
Какой он вообще адмирал, если служил в полиции?
Кто-то тронул меня за плечо, и я вздрогнула. Но это был всего лишь Грейсон, отодвинувший меня в сторону, чтобы добраться до кофеварки.
– Всё в порядке? – спросил он.
– Да!