Второй дневник сновидений стр. 51
написано в её блоге.
Только Генри знал об этом. Но ведь я призналась ему во сне, где никто не мог нас подслушать. Или всё-таки мог? Может, кто-нибудь проскользнул в сон вместе с Генри, превратившись в лёгкий ветерок? Или амёбу?
Мысль о том, что информатором Леди Тайны мог стать Генри, конечно, тоже приходила мне в голову, но я довольно быстро её отбросила. Если я не смогу доверять Генри, то кому же тогда? Нет, так он со мной не поступил бы. В худшем случае он мог выдать мой секрет, не подозревая, что информация попадёт к Леди Тайне. Но когда я попыталась с ним об этом поговорить, он вовсе не был в своём обычном благодушном настроении и даже немного обиделся. Затем он поклялся, что никому, даже случайно, не рассказывал об этой истории.
Я ему верила.
В задумчивости я почёсывала за ухом задней лапой. Конечно же я ему верила, ведь я его любила!
Без Генри вся прошлая неделя была бы просто невыносимой.
Разочарованные взгляды мамы («я-то думала, ты поняла, насколько мне важна наша новая жизнь»), растерянный вид Лотти («такими я вас не припомню – вы ведь и мухи не обидите!»), беспомощность Грейсона («у меня в голове не укладывается, зачем вы это сделали!»), презрение Флоранс
(без слов) и попытки Эрнеста списать всё случившееся на наше половое созревание («они ведь всего лишь дети; я как раз недавно прочитал, что во время полового созревания в мозгу случаются короткие замыкания») – всё это ранило гораздо больше, чем утешало. Если бы я могла пожертвовать какой-нибудь частью своего тела, чтобы повернуть время вспять, я бы обязательно это сделала.
Когда я рассказала об этом Мие, она посмотрела на меня в ужасе:
– Ты это серьёзно? Ты бы действительно смогла принести в жертву, например, палец на ноге, чтобы только отменить случившееся?
Я кивнула:
– И даже почку. Или ухо.
– Ты совсем с ума сошла! – сказала Мия. – Мы хотели разозлить Рысю, и нам это удалось. Если бы не эта идиотская Леди Тайна, мы бы чувствовали себя сейчас настоящими героями. Мне плевать на дурацкое дерево. И я преподам этой Леди Тайне хороший урок. Рано или поздно она себя выдаст, и тогда-то я её сцапаю.
Но пока что, к сожалению, мы были далеки от этого – Леди Тайна не жила на нашей улице, как я предполагала. Да и вообще в этом районе больше не было ни одного ученика из «Академии Джабс», в чём мы удостоверились, пересмотрев довольно много адресов.
Мама считала, что наказания, которое на нас свалилось, недостаточно, поэтому она настояла на том, чтобы мы с Мией извинились перед миссис Спенсер и попросили её принять финансовую компенсацию.
Жуткое было зрелище, когда мы стояли перед ней, бормоча: «Нам очень жаль», а сзади на нас пристально смотрела мама. Меня радовало лишь то, что Грейсон и Флоранс при этом не присутствовали, иначе я, наверное, провалилась бы сквозь землю от стыда.
Рыся не приняла наших извинений, но вот от денежной компенсации не отказалась. «Конечно, – сказала она, – цена Господина Исполина неизмеримо высока, и наши сбережения, к сожалению, не смогут его вернуть», но из педагогических соображений