Второй шанс для Елены! стр. 28
не заставите!
Он в ту же секунду подлетел ко мне и с бешеной яростью в глазах тихо спросил.
— Ты уверена? Или ты надеешься, что раз тебя признали истинной дочерью Алоис, стала свободна? Так вот, девочка, ты принадлежишь мне, и я распоряжаюсь как тебе дальше жить.
— Вы забыли, дорогой 'отец', что Аллоис явно выразила свою волю, именно она отвечает за мою судьбу и уж тем более жить мне или умереть!
Ядовитое, но справедливое замечание прервала звонкая мощная оплеуха, от которой меня обернуло вокруг своей оси пару раз, и я со всего размаху шлепнулась на пол, уткнувшись лицом в ковер. Как только звон в ушах прошел, я приподнялась на руках и заметила, как из носа капает кровь, пачкая великолепный, ручной работы ковер. Оторвавшись от его созерцания, я вытерла ладонью с лица кровь, но не в силах остановить ее обычным способом, применила немного магии. Потом, не вставая, повернула голову в сторону наблюдающих за мной мужчин. Бэор смотрел с сожалением и в напряжении сжимал кулаки, я поняла, что он недоволен тем, как со мной поступил отец, но пока сдерживается. Наверное боится, что тот передумает отдавать меня ему в жены. Ваньяр взирал без всякого выражения, как будто ничего особенного не произошло, по-прежнему находясь в кресле. Бельфалас же подошел ближе, чем вызвал еще больше напряжения у Бэора и, чуть наклонившись надо мной, прошипел в лицо.
— Аллоис сказала, что я не могу тебя убить, Эленаль, но не сказала, что я не могу выдать тебя замуж. Я могу делать с тобой все что угодно, не убивая, моя девочка!
От этих слов два дня назад родившаяся у меня надежда на спокойную жизнь, умерла в страшных судорогах.
— Через неделю состоится ваша свадьба, потому что я так решил. И если я услышу хоть одно слово против от тебя, Эленаль, ты пожалеешь, что Аллоис не разрешила мне тебя убить. Ты сделаешь, как я решил, потому что я так хочу. А я, Эленаль, хочу законных чистокровных внуков, и в твоих интересах выполнить мое пожелание. Потом станешь свободной как птица… если Бэор позволит! А теперь можешь идти в свою комнату.
Я с трудом поднялась на ноги и, больше ни на кого не глядя, вышла, закрыв за собой двери, но в коридоре замерла, прислушиваясь к происходящему в комнате. Первым нарушил молчание Бэор.
— Эл Бельфалас, я вынужден потребовать от вас правду об Эленаль. Мне не понятна ваша внезапная ненависть к дочери и эта поспешность со свадьбой. Я беден, но на безропотного мерина вряд ли похож.
— Ты должен дать клятву крови, что правда останется в этой комнате, если нет, можешь быть свободен и искать другую богатую наследницу.
Молчание длилось несколько секунд, потом легкое шуршание и снова голос Бэора.
— Я клянусь кровью рода, все, что вы сейчас мне скажете, не будет разглашено.
Снова молчание, а потом Бельфалас рассказал о моем появлении в его семье. Как только он закончил, тишину прервал удивленный возглас Бэора.
— Я все равно не понимаю этой спешки со свадьбой. Она, не смотря на человеческую душу, признана самой светлейшей Аллоис как истинная дочь, такого не помнят даже старейшины