Выбор Невменяемого стр. 27
иллюзией.
Еще и издеваясь при этом и наказывая очередными, страшно болезненными переломами.
Разве что в последний раз не наказал как обычно, придумав еще более мерзкое наказание. К тому же Мальвика жутко терзала себя морально, что по ее причине подлый герцог и в самом деле умудрится выкрасть где-то на поверхности несчастного парня и тоже превратит его в подопытное животное.
Гл самобичеванием и слезами делу не поможешь. И даже последнее заявление полоумного тюремщика девушка не восприняла всерьез.
"Подумаешь, фригидность! Главное — наверх выбраться, а уж там с любой хворью справиться можно. А еще лучше бы при побеге и этого мерзостного гаги пришибить.
Что бы его борнус проглотил и не подавился!" С последними мыслями Мальвика резко выдохнула, посмотрела в огромные глаза сорфиты и решительно спросила:
— Дения, где сейчас Деморт? Я иду к нему!
— Как только началось твое обучение, — печально выдохнула сорфита, он в растройстве схватил свои резцы и подался на верхний уровень. Опять портреты вырезает…
— Вот там с ним и поговорю.
Маркиза встала и попыталась засунуть достаточно изуродованный меч в ножны.
Зазубрины и сколы не дали этого сделать, но оружие дышащая гневом девушка не бросила. У нее в последнее время занозой сидела в сознании только одна мысль: убить герцога любой ценой! Следовательно, с оружием и спать ложилась. Так она и поспешила по тоннелям и лестницам на верхний уровень, сжимая рукоятку меча, словно при атаке.
Таги Деморт, считался самым ближайшим сподвижником Растела Ботиче, его правой рукой и фигурально распоряжался в Сопле во время отсутствие герцога. К тому же являлся самым опытным Эль-Митоланом из четырех здесь проживающих. Но фактически и он ничего не решал, а практически давно и навсегда устранился от любых дел, проблем, заговоров или мероприятий. На данный момент здесь внизу проживало тринадцать сорфитов, и двадцать два таги, те самые остатки маленькой армии, которые три года назад спешно эвакуировались в это неприступное место при
атаке королевских войск на тайный подземный город. Но если раньше любой из соратников герцога мог выходить на поверхность, то теперь они все оказались узниками обстоятельств. Выбраться из пронизанной сотнями переходов Подошвы Сопла — никто из них не мог.
Как не мог вывести их обратно и сам Растел Ботиче. А может и не хотел. А может и не пробовал. Хотя не раз заявлял, что работает в этом направлении. Но ему уже никто давно не верил, и каждый пытался скрасить свое существование насколько хватало фантазий. Кто впал в болезненную апатию, кто упражнялся в воинском искусстве или составлении заговоров, а кто увлекся разнообразными хобби и живописью.
Таги Деморт занялся скульптурой и вырезанием по камню. Благо, что мягкого туфа нашлось до удивления много в самом верхнем, но и самом горячем уровне. Как он там выдерживал в жаре, вызывало искреннее недоумение у всех, но скорей всего именно по причине полного покоя и неприкосновенности угрюмый скульптор выжрал себе такое место для работы.
Но уже в который раз его и там достала настырная и нагловатая человеческая самка.
Причем ворвалась она к нему с оружием в руке:
— Сколько такое будет продолжаться?! — возопила она еще изнутри длинного коридора, и сто сорока летний таги, понявший, что работать ему больше не