Выдающиеся белорусские политические деятели Средневековья стр. 145
усердно хлопотал и в пользу магистра, и в пользу императора; начавшееся через три года открытое домогательство королевской короны, вопреки сопротивлению поляков, достаточно объясняет политику Витовта».
В начале 1429 года в Луцке на съезд собрались великий князь Литовский Витовт, польский король Ягелло, император священной Римской империи Сигизмунд, послы греческого государя, римского папы, Тевтонского ордена, Дании, множество русских и литовских князей. Решение Витовта сделать Великое княжество Литовское королевство, вызвало шумный конфликт литовских князей и польских магнатов. Ягелло покинул Луцк, заявив:
«Я считаю Витовта достойного не только королевской, но даже императорской короны, и готов уступить ему Королевство Польское и отдать ему корону. Невозможно,
однако, мне дать согласие на такое важное дело без согласия моих прелатов и панов».
Съезд в Луцке закончился ничем, но Витовт, заявив, что «я все равно сделаю по-своему», объявил о своей коронации 8 сентября 1430 года в Вильне. Ягелло из Кракова прислал ему отказ на данное им ранее согласие на коронацию Витовта, мотивируя его договорами-униями 1386, 1401 и 1413 годов. В феврале 1429 года Витовт отправил длинное письмо Ягелло:
«Светлейший государь и возлюбленный брат!
Когда светлейший император, наш брат и родственник, начал дело о короне, о котором, Бог свидетель, мы ранее ничего не знали и не думали, и ни одного слова не промолвили, и когда он на этом деле настаивал, мы отвечали ему так: Государь, мы никогда не размышляли об этом деле, которое весьма важно. Кроме того, мы с королем польским привыкли пользоваться взаимными советами и ничего не делать без совета друг с другом. Но так как император сказал, что хочет об этом говорить с Вашей Светлостью, мы отвечали, что это в его воле, мы же об этом ничего не думаем.
На следующий день утром, когда мы, по обыкновению, шли к Вашей Светлости, нас встретил император с супругой и сказал, что говорил уже с Вами об этом деле и получил Ваше согласие, и затем пригласил вместе со своею супругой войти к Вам. Когда же мы пришли к Вам в покой, император начал говорить с Вашей Светлостью о вчерашнем деле; Ваша же Светлость тотчас выразили свое согласие и удовольствие. Мы же по-литовски сказали Вам, что не торопиться в таком важном деле, а посоветоваться сначала с прелатами и баронами, Вы же продолжали выражать свою радость, за что император и супруга его Вас благодарили, и затем мы стали уходить в то время, как к Вам входили прелаты и бароны Ваши на совет. Мы же стали советоваться со своими, а затем Ваши советники пригласили нас к себе. Когда мы к ним вошли, они начали нас серьезно упрекать и настойчиво противоречить этому делу. Видя это, наши князья и бароны начали спорить с Вашими советниками, мы же велели им молчать. Наконец, выйдя от них, мы пришли к Вам, рассказали, как советники Ваши противились этому делу, и благодарили много Вас за согласие, хотя никогда не думали этого дела предпринимать.
И опять при отъезде Вашем из Луцка мы выражали друг другу удовольствие по поводу этого дела и Вы, как и прежде, относились к нему с живейшей благосклонностью. Но на днях император прислал нам копию Вашего послания к нему.