Библиотека

Высокая магия стр. 338

Размер шрифта
-
+
Тема

веревку, конец которой был привязан к стреле с длинным древком и четырьмя наконечниками – один прямой, три изогнуты так, что острия их смотрят в обратную сторону. – И вот это… – Она отдала мне факел. – Никаких самострелов здесь нету, Джа, разве что у мертвяков поглядеть…

– Я смотрел – эплейских там нет, только луки и арбалеты… Ладно, сойдет и лук.

Пока я говорил, мы выбрались из-под лестницы, в зал. Я поднял с пола оружие.

– А жеребец?

– С жеребцом тоже сложно, – произнесла Лапута. – Тебе это вправду очень срочно?

– Герен, наверное, как раз забирает свою икру у лепреконов. Или даже уже забрал. Если они сказали ему то, что, как я надеюсь, должны были сказать… совсем мало времени осталось, Лапута.

Двери трактира перекрывала карета, мы выбрались наружу через окно. Было непривычно тихо; все, кто нападал на «Облако», исчезли, в порту почти никого не осталось.

– А! – сказала вдруг Лапута. – Точно, как это я сразу… А ну-ка пошли, Джа.

Там, где я разговаривал с Хорьком, теперь не было ни его, ни Пена Галата – наверное, Твюдж, представитель старой гвардии городских бандитов, хранил верность хозяину и не бросил его, а утащил куда-то в безопасное место. Лапута поволокла меня по улицам, на окраину порта, приговаривая:

– Быстрее давай. На корабле

ждут, как бы они без меня не уплыли.

По дороге мы не встретили ни одного человека. Когда троллиха затащила меня в тупик на задворках порта, я понял, куда она шла. Здесь был дом с наглухо закрытыми ставнями и узкой дверью.

– Горбун? – спросил я.

– Угу… – Лапута сняла с пояса связку ключей и потрясла ею перед моим носом. – На все случаи жизни, Джа…

– Разве у Горбуна есть кошачьи жеребцы? Я думал, он только оружием занимается да всяким шмотьем…

– Отстал ты от жизни. – Мамаша подступила к двери и склонилась над замком. – Горбун зажирел. Выкупил соседние развалюхи, сделал внутри конюшни. Теперь у него и оружие, и шмотки, и камешки, а с недавних пор жеребцы. Пиндос стал провозить их сюда контрабандой, а Горбун сделал у себя перевалочный пункт.

Замок щелкнул, дверь открылась, и мы вошли в дом перекупщика краденого, а теперь, как оказалось, еще и пособника контрабандистов.

– Думаешь, хозяин сбежал, а лошадей так и оставил в конюшнях? – спросил я, пока мы шли темным захламленным коридором.

– Так а что с ними сделается? Еды им накидали – и ладно. Горбун же, наверное, рассчитывал одну ночь отсидеться где-нибудь и вернуться обратно. Никто ведь, кроме меня, не знает, как круто все заварилось. Да и я всех твоих планов не знаю…

Мы вышли через заднюю дверь и очутились в уединенном внутреннем дворике. Я огляделся, пытаясь сообразить, в какую часть порта мы попали. Кажется, слева должны были тянуться склады, и тогда выходило, что место, где лепреконы организовали схрон для жабьей икры, находилось рядом – возможно, за одной из глухих стен, окружавших двор.

Рядом с приоткрытыми воротами конюшни стояла двуколка, изнутри доносилось ржание.

– Давай, давай, – торопила Лапута. – Корабль мой уплывет!

Я вошел внутрь и огляделся, щурясь в полутьме. Конюшня оказалась просторной, но в ней стояла всего пара жеребцов – наверное, в этом новом для себя деле Горбун еще не успел развернуться как следует.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.