Библиотека

Взрывы на Северной Двине стр. 5

Размер шрифта
-
+
Тема

полкилометра. Силой трех мощных взрывов 13 января были выбиты почти все стекла в домах близлежащих сел и города. Экономия была разрушена и выгорела почти полностью... Экипажи "Семена Челюскина" и "Байропии" погибли за исключением капитана первого судна и его второго помощника, которые рано утром выехали поездом в Архангельск для доклада о прибытии своего судна. В течение нескольких дней после злополучного 13 января у нас на "Курске", в кают-компании, шло заседание следственной комиссии по выяснению причин взрыва "Семена Челюскина". Естественно, что все заседания проходили при закрытых дверях и члены комиссии не делились с нами, офицерами судна, своими выводами и умозаключениями. Я до

сих пор не знаю, к чему они пришли. Но следствие, которое вели, кстати, те же члены комиссии по делу взрыва "Барона Дризена", к тому времени уже было закончено, и комиссия наконец поделилась с нами некоторыми подробностями. Командный состав парохода "Барон Дризен" состоял из русских подданных, уроженцев Прибалтики. Судном командовал немец Фриц Дрейман, остальные офицеры были латыши и эстонцы. Команда парохода, набранная в портах Америки, была разноплеменной, в ней были и негры, и китайцы, и испанцы, и шведы, и португальцы, и французы. Лиц русского происхождения числилось только трое: помощник механика Харченко, буфетчик Ковалев и боцман Полько. После взрыва, который унес не одну сотню человеческих жизней, из судового состава "Барона Дризена" в живых остались бывшие на берегу капитан судна, старший помощник, третий штурман и боцман, который заявил властям, что в момент взрыва находился на борту парохода. Все они были арестованы и допрошены следственной комиссией. Последняя не могла с доверием отнестись к показаниям боцмана Павла Полько в том, что в момент взрывов он находился на борту "Барона Дризена". Боцман парохода заявил, что в момент взрыва он был в носовой части судна в гальюне, что взрыв был один, а не два, что силой взрыва его повалило на палубу гальюна, где он пролежал без сознания минут пять или семь, после чего, придя в себя, он, опасаясь нового взрыва, бросился в воду, где уцепился за плававшее бревно... Находясь в лазарете, Полько пытался симулировать глухоту, он рассказывал соседям, давая разные сведения: одним он говорил, что в момент взрыва он был в своей каюте, другим - в гальюне. При судебно-медицинском освидетельствовании боцмана Полько установили, что на теле у него нет каких-либо повреждений, указывающих на то, что он подвергся действию взрыва. Таким образом, заподозрив Полько причастным к взрывам парохода, комиссия судила его как уголовного преступника. На суде, когда боцмана спросили, как он, бросившись за борт в реку, оказался в сухой одежде, последний ответил, что снял ее с убитого и переоделся. Но это, как оказалось, не соответствовало истине: одежда принадлежала ему (в кармане был его нож). В конце концов Полько признался, что во время стоянки "Барона Дризена" в Нью-Йорке он был завербован германской разведкой, агенты которой выдали ему часть денег (остальные он должен был получить после акта диверсии). Полько подложил в носовой трюм парохода бомбу с часовым механизмом. На вопрос боцману, почему он выбрал для взрыва время обеденного перерыва, последний ответил, что надеялся на меньшее число человеческих жертв. Суд приговорил боцмана к смертной казни через повешение, и этот приговор незамедлительно

Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.