Хлопушин поиск стр. 79
Граевский. Морской узел.
Выпуск 28. Л. Фомин. Мы идем на Кваркуш.
Выпуск 29. В. Соснин. Охота без выстрела.
1
Шпионов.
2
Первое мая по старому стилю.
3
Генерал Рейнсдорп.
4
Иванов день, спас, Параскева-пятница — церковные праздники в июне, августе и октябре.
5
Восстание кыштымских и каслинских крепостных рабочих было в 1760 году, за тринадцать лет до описываемых в повести событий.
6
Жигари, углежоги обжигали уголь для заводских домен.
7
Помощь, выручка.
8
Тогдашнее название — фабрика — соответствует теперешнему — цех.
9
Виселица в виде буквы Г.
10
Рудознатец — инженер-геолог.
11
Куртаг — прием при дворе.
12
Батырша — по национальности мещеряк, возглавлял в 1754 году последнее самостоятельно организованное восстание башкир против русских. В дальнейшем башкиры, да и все вообще народы Урала, примыкали уже к другим движениям, в том числе, конечно, и к пугачевскому.
13
За год с небольшим до пугачевского восстания, в начале 1772 года восставшими казаками были убиты войсковой атаман и присланный из Петербурга для расследования генерал Траубенберг. Казаки сопротивлялись высланным против них войскам целый месяц.
14
Дистанция — округ, район.
15
Требование удовлетворения (извинений) за нанесенное оскорбление.
16
Огневщики — пожарные дозоры в лесах. Огневщиков селили обычно на вершинах высоких гор.
17
Горный кряж
Большой Иремель.
18
Это, конечно, неверно. Ермак шел на Сибирь одним путем — по реке Чусовой и ее притоку — Серебрянке. Но по всему Уралу многие пещеры, лога носят Ермаково имя и местными преданиями так или иначе связываются с его, якобы, пребыванием в этих местах. Прим. автора.
19
Высохшая трава.
20
Шуба, доха.
21
Куян по-башкирски— заяц, кашкыр — волк.
22
Щетка для чистки ствола пушки.
ДОРОГА
Июнь. Безветрие. Жарынь.
Сухой жар бил, как из печи. Рожь налилась до половины, и хрипели, щелкали, вавакали в ней перепела. Налился и лист в лесу, был он зелен и густ, и дышал лес березовой горечью. Соловей запустил было замысловатое коленце и, спохватившись, замолк. Для песни не пришел еще час, надо ночи подождать.
У подножия невысокой горы журчал ручей. Из-за далекого перелеска к ручью вилась изрытая нырками, рытвинами и выбоинами дорога — старинный Верхнеяицкий тракт.
В дорожной пыли купались воробьи. Вдруг шумные драчливые их стайки попритихали и, сорвавшись с дороги, рассыпались по ближним березам.
На тракту показался всадник. Поджарый, орехового цвета жеребец, сдерживаемый туго натянутыми поводьями, беспокойно резвился на сухих стройных ногах.
У горы жеребец рванулся, вытянул шею, его горячие плюшевые ноздри затрепетали. По лесу рассыпалось звонкое ржание. Всадник припал к луке и гикнул. Екая селезенкой, жеребец понесся к ручью.
За плечами у всадника подпрыгивала легонькая фузейка, у пояса болтались натруски, деревянные патроны, куда засыпают отмеренные заряды пороха и свинца.
Одет был всадник в красный казацкий чекмень и высокую казацкую же волчью шапку. На лоб вздернут накомарник, частая сетка из черного конского волоса.
В прохладе березовой рощи, у ручья, ядовито звенели комары, в воздухе танцевала мошкара.
Отогнав от воды разгоряченного коня, человек напился, потом разулся и опустил в ручей ноги. Ледяная вода обожгла икры, он счастливо поежился и засмеялся. Вынув из-за пазухи краюху свежего, еще пахнущего полынью хлеба, он начал есть. Ел осторожно, ломая