Хочу «Оскар»! стр. 168
купила для Джейсона.
Гордон получал удовольствие от всего, что он делал, и от всех, кто был с ним рядом. Таня никогда в жизни не встречала человека, который бы так умел ладить с людьми. К тому времени как они отправились в Тахо кататься на лыжах, она забеспокоилась, уж не влюбилась ли она в Гордона по-настоящему. В него невозможно было не влюбиться, он умел влюбить в себя любого. И что особенно было дорого Тане – Гордон был невероятно добр с ее детьми.
Гордон оказался лыжником высокого класса. Они с Джейсоном спускались по самым сложным трассам. Гордон показал девочкам несколько новых приемов, а потом несколько раз спокойно и неспешно спустился вместе с Таней. Казалось, он умеет абсолютно все. А когда они по вечерам отправлялись в ресторан, он производил там фурор. Его все узнавали, просили автографы, останавливались, чтобы поговорить с ним, и уходили с таким чувством, словно у них появился новый друг. Таня знала, что Гордон популярен, но не понимала насколько, пока его не извели просьбами сфотографироваться вместе с ним.
– О господи, Гордон, тебя, похоже, знает вся планета!
– Ну, я на это надеюсь, – Гордон радостно улыбнулся Тане. Таня была в таком же хорошем настроении, как и он, да и дети тоже. – Если бы меня не узнавали, я бы остался без работы. Меня не пригласили бы сниматься в этом фильме, и я бы никогда не встретился ни с тобой, ни с твоими детьми. Так что это чертовски хорошо, что меня все знают.
Да, это звучало логично.
Пять дней миновали, но уезжать не хотелось никому. Никакого сравнения с прошлогодними каникулами, которые Таня провела на яхте Дугласа вместе с Молли и Джейсоном. Те были форменным несчастьем, а эти – сплошным удовольствием. И это было особенно приятно потому, что Гордон тоже наслаждался и отдыхом, и их обществом. Его неиссякаемый оптимизм и способность получать от жизни удовольствие заражали всех вокруг. Таня уже и не пыталась внутренне ему противостоять. Она больше не спрашивала себя, как определить их отношения и куда приведет ее эта связь. Она наслаждалась жизнью и позволила событиям идти своим чередом. То же самое сделал и Гордон, он даже перестал говорить Тане, что она не в его вкусе. Когда каникулы закончились, все были ужасно огорчены.
Они вернулись сначала домой, в Марин, а уже оттуда отправились в Лос-Анджелес.
– Знаешь, Тан, я, кажется, скучаю по твоим детям, – вскоре после возвращения сказал Гордон, когда снова занял свое место на Танином диване. – Нам было здорово всем вместе.
– Рада это слышать, нам и вправду было хорошо.
Они уже успели после возвращения обзвонить детей – и Таниных, и детей Гордона. Таня еще не встречалась ни с кем из его детей, но Гордон обещал их познакомить. Его дети были младше Таниных: старшему из них было двенадцать, а младшему – пять. Гордону приходилось непросто, поскольку детей у него было пятеро, и все от разных матерей, как он и признался Тане в самом начале их знакомства. Ему удавалось радовать своих детей. Во всяком случае, все его дети чувствовали, что у них есть отец и он не только известный человек, но хороший и веселый. В Гордоне не было