Хочу танцевать с тобой стр. 152
ж, Риша Мариновна, принимайте комплименты. Маргарита рассказала мне, что вы новичок в этом деле, но скажу вам, как человек повидавший множество танцоров, у вас определенно талант. Как и у тебя, Стас. Поэтому у меня есть очень интересное предложение…
Если бы была церемония награждений за самый жуткий облом всех обломов, то его бы определенно вручили мобильным телефонам. Из кармана моей куртки доносится мелодия песни Майкла Джексона.
Мамин любимый певец. Нетрудно догадаться, кто это. Верно?
— Прошу прощения, — говорю я, извлекая мобильник, и отхожу на пару шагов, все-таки вырвавшись из цепкой хватки темного близнеца. — Да, мам. Что? Ты приехала? Как? Опять?! Нет.
Я недалеко. Скоро буду.
Убираю телефон и тут же встречаюсь взглядом со Стасом, который обеспокоенно морщит лоб.
— Риша, что случилось?
— Ничего страшного, но мне нужно… — бегло осматриваю холл, кишащий людьми, выискивая свою шайку-лейку предателей. — Мне нужно домой. Простите, — смотрю на Маргариту Ивановну, а затем на Михаила Юрьевича, — была очень рада познакомиться и спасибо за комплименты.
Делаю несколько шагов в сторону и, наконец, замечаю, как башка в белой шапке выглядывает из основной массы. Кирилла никогда не потеряешь.
— Риша, — говорит Стас и уже было собирается пойти следом, но я останавливаю его качая пальцем.
— Все нормально. Созвонимся позже. Ладно? — тепло ему улыбаюсь, чтобы успокоить, и убегаю к гномам.
Я ведь даже денег с собой не взяла, а мне нужно вызвать такси.
* * *Пьем с мамой чай на кухне, подарок ее подчиненных на новый год, и хохочем над очередной ее выходкой. Она у меня невероятная, может справиться с любой задачей, но даже у супергероев есть слабые места.
У Марины Игоревны — это ключи. Она все время их теряет. И когда я говорю все время, то совсем не шучу. Раз в месяц это минимум, поэтому у нас всегда есть куча запасных, но с собой в поездку она брала всего один комплект от нашей квартиры.
— Почему ты не позвонила мне раньше? Я бы тебя встретила в аэропорту.
— Вообще-то я планировала попасть на твой концерт, но из-за снегопада, самолет задержали.
Выгибаю брови. Гномы и здесь, похоже, постарались. Мама знала, что ни на какой концерт я не собираюсь. Ладно. Дарую им жизнь, ведь все сложилось… Хорошо? Нет. Больше, чем просто хорошо.
— Думаю, Кир сделал запись. Сможешь посмотреть позже, — говорю я, поднимаю чашку, чтобы утопить улыбку, которая выползает на лицо от воспоминаний о танце.
— Ты выглядишь очень счастливой, — подмечает мама, хитренько прищуриваясь.
— Так заметно?
— Очень. Ну и когда я с ним познакомлюсь?
Она говорит о Стасе. Кто ж еще мог стать причиной моего состояния?
— Наверное, скоро. Так что не пугайся, если он сейчас влетит сюда с выпученными глазами, ведь я снова сбежала, даже не успев ничего толком объяснить.
— И как же он добился твоего прощения?
— Угадай с трех раз, — фыркаю я.
— Так ты реагируешь только на одну вещь, — смеется мама. — Признался в любви. Молодец. Беспроигрышный вариант.
— Чувствую себя идиоткой. Но сопротивляться не получается.
— Риша, — вздыхает мама. — Любовь это не слабость. Если ты тоже его…
— Я еще ни в чем не уверена!
— Ладно-ладно. Не заводись. Я хочу сказать, что молодость на то и дана, чтобы жить чувствами.
— А ты