Холмы Рима стр. 73
собой разумеется, что лечение бесплатным не будет. Но мне кажется, что неопределённого обещания папы будет недостаточно для того, чтобы она бросила свою любимую лечебницу и поехала куда-то за тридевять земель.
— И чего ты хочешь? — хмуро глянул на меня князь.
— Я ничего не хочу, княже. Я пытаюсь понять, чего захочет она.
— И чего она захочет?
— Я могу лишь предполагать. Единственное, что может её заинтересовать, так это что-то для её лечебницы. Например, твоё разрешение переманить у тебя двух целительниц.
— Ты что, считаешь, что целительниц в княжестве некуда девать? — недовольно сказал князь. — Двух лишних у меня нет. Можно поговорить об одной, и это не обсуждается.
— Но по выбору Милославы, — уточнил я.
Князь поморщился и неохотно кивнул.
— Вот ещё что, Кеннер, — добавил князь, — папа настаивает, чтобы ты ехал вместе с ней.
— Я? Зачем? — я настолько поразился, что похоже, открыл от удивления рот.
— Сам ничего не понимаю, — пожал плечами князь. — Его посланник несёт какую-то чушь насчёт того, что папа очень хочет с тобой познакомиться. У меня вообще сложилось впечатление, что он и сам в недоумении.
Глава 12
Ехали мы всей семьёй, потому что Ленка категорически отказалась расставаться со мной. Я её решение полностью поддержал — для меня самого мысль о расставании была невыносимой. Сборы, однако, затянулись надолго и вымотали мне все нервы. Не думал я, что моя первая заграничная поездка будет происходить с таким пафосом. Собственно, я и в старом мире особо по заграницам не ездил — побывал разок в Турцию, но там всё было гораздо проще. Три звезды, всё включено, минимум сборов — и можно на две недели останавливать мозговую активность. Здесь же я всерьёз задумался насчёт того, не придётся ли прицеплять к составу ещё один багажный вагон.
Немаленькую гардеробную мои женщины умудрились забить до отказа. Моим там был небольшой уголок, но Ленка проследила, чтобы он тоже не пустовал. Я принял это как неизбежное — когда девочки перестают наряжать кукол, они начинают наряжать мужей. Поскольку детей у нас пока что не было, я был единственным объектом заботы, и имел её полной ложкой.
Наконец все сборы и хлопоты подошли к концу, и нас встретил уже ставший привычным Смоленский вокзал, откуда и начинался наш путь в Рим. С нами также отправлялись два десятка охраны, для которой к нашему составу прицепили дополнительный вагон. Я посчитал, что этого будет достаточно — от серьёзного нападения нам не отбиться с любыми силами, а для того, чтобы охранять состав и при случае пугнуть мелких шакалов, двух десятков вполне хватит. От княжеской
охраны я категорически отказался — я не хотел даже в такой мелочи оказаться обязанным князю, к тому же при сколько-нибудь серьёзном нападении толку от княжеской охраны всё равно никакого бы не было.
Двенадцатый перрон для литерных поездов находился в стороне от основных перронов и имел отдельные ворота, чтобы Очень Важные Персоны могли прибывать на лимузинах прямо к своему салон-вагону. Вот и мы прибыли. Я посадил женщин в вагон и отправился к старшему диспетчеру, чтобы подтвердить маршрут.
— Здравствуйте, господин Кеннер, — приветствовал меня старший диспетчер. — С вашим маршрутом есть сложности.
— Вот как? — удивился я. — Какие именно?
— В вашей заявке указан маршрут Менск