Хомодром: политические бега стр. 179
взяла со столика бинокль и навела на небо. Затем, бросила взгляд на табло настенных часов (они показывали 12:44) и объявила.
- Летят, красавцы! Это теперь называется: «будем утром»! Папа, дай мне масло, тебе ближе тянуться к холодильнику.
- Какое именно масло, детка? – спросил Микеле, отрываясь от экрана ноутбука.
- Ну… - протянула она, - А какое обычно мама льет в этот салат?
- Гм… - агроинженер задумался, - …Знаешь, я почему-то никогда не обращал на это внимания. Можно, конечно, спросить ее…
- Ни в коем случае! – перебила Люси, - Мама спит в шезлонге! Я потратила столько времени, чтобы убедить ее спать днем хотя бы полтора часа! Знаешь что, па: дай мне первое растительное масло, которое попадется тебе под руку. Только не масло какао, которое для десертов.
- Aita pe-a, - сказал Микеле и, открыв холодильник, вытащил на стол пластиковую бутылку с желто-зеленоватой жидкостью.
- GM-ламинария, - со вздохом, прочла Люси, - ладно, считаем, что это знак Паоро…
Микеле согласно кивнул, и поинтересовался.
- Я правильно понял, что ты видела флайку Оскэ и Флер?
- Да, па. Они милях в двадцати, если верить дальномеру. А что ты там читаешь?
- Появился отчет о прохождении «L-Sailer» мимо Немезиды, - сказал он.
- Что?! И ты молчишь?!
- Я не молчу. Час назад, я громко сказал: «О! Публикация по Немезиде!». И ты легко могла бы услышать, если бы не болтала в этот момент по мобайлу.
- Я не болтала! Я звонила Плио, чтобы она проследила, чтобы Хаген не забыл взять термоконтейнер, который я отложила на верхнюю полку фризера, потому что я там специально заморозила тупанауману для мамы. Потом я вспомнила, что мелкая не прислала по e-mail свои домашние задания. Ну, это типа для контроля. А еще Плио сказала, что старший мелкий не понимает, как решать один тест по химии…
-------------------------------------- Микеле Карпини. 47 лет
Когда я слушаю семейные истории Люси, у меня возникает чувство, что все это не в реальности, а в экзотической театральной постановке, построенной на абсурдных концепциях и парадоксальных ситуациях. Я не особенно удивился весьма раннему сексуальному дебюту Люси. То же самое почти в том же возрасте было и у Флер. В Меганезии, это в порядке вещей. Пубертатный организм ищет опыта - и немедленно получает этот опыт так, как подсказывают инстинкты, немного скорректированные школьными знаниями по практической биологии...
Разумеется, мне, выросшему в Италии, стоило определенных психических усилий приучить себя к этой мысли применительно к нашей семье. Чубби было проще, она приехала в Океанию, как только ей исполнилось 16. Она, будучи совсем девчонкой, воевала за Хартию и дюжинами расстреливала людей, которые пытались сохранить «неоколониалистскую мораль»… Вот и еще один парадокс. У меня не получается представить себе мою Чубби в роли командира отряда «чистильщиков». Видимо, в некоторых вещах, я по-европейски старомоден. Даже мой личный опыт на войне за Восточный Тимор никак не изменил ситуацию. Поверить во что-то иногда гораздо сложнее, чем это что-то понять… Впрочем, это уже мысли в другую сторону. Я ведь сейчас пытаюсь разобраться, что происходит с личной жизнью Люси…
У Флер было проще. Первый опыт с хорошим парнем,