Хорошее место стр. 2
с белыми волосами. Последним умер сотник. Его кобыла легко стряхнула со спины мёртвого седока и с шумом помочилась на труп, после чего повалилась на бок и быстро издохла.
В живых остался один человек — долговязый юноша с обожжённым лицом. Ничего не понимая, они смотрели на гору трупов.
Чолхан расхохотался.
― Иди. Ты честный. Иди, ― сказал он и махнул рукой, отпуская.
Пленник, испуганно оглядываясь, побрёл к лесу.
― Они все, ― владыка ухмыльнулся, ― что-то взяли из того лопнувшего мешка. И те, кто копал, и воины. Я знал, что они возьмут. Я знаю людей.
― Зачем ты отпустил этого? ― спросил Ахтык-бек. ― Он расскажет про место.
― Он будет молчать. А если расскажет — пусть. Те, кто прикоснётся к сокровищам, умрут, а сокровища останутся в земле. Дух возвращает сокровища только их хозяевам. У них два хозяина. Я и ты. Ты же мне как сын, ― Чолхан особенно полюбил эти слова после того, как приказал Ахтык-беку тайно убить одного из своих сыновей: мальчик уже начал задумываться о том, что его отец достаточно стар, чтобы отправиться к Тенгри. Чолхан думал иначе. Ахтык-бек безупречно выполнил поручение, за что и был приближен…
Ахтык-бек выжал из себя угодливый смешок.
Через два дня Ахтык-бек задушил
старика во сне.
Войска его не поддержали, и в тот же день с молодого батыра сняли кожу.
На поиски сокровищ отрядили две сотни. Потом ― ещё две.
* * *― Здесь, ― прошептал Анчутка, оглядываясь на напарника.
Анчутка был старым, опытным вором, коему были ведомы многие тайны ремесла. Чиряк поставился в ватагу без году неделя, но уже успел прославиться нахрапом и воровской удачей, без которой в таких делах амба.
Местечко было так себе: овражек, да два кривых деревца над ним.
― Здесь, говорят, не только наши, а многие прячут, ― зачастил Анчутка, ― кто что… А ещё сказывают, что в этих местах немалые клады лежат. Да только лучше их не искать. Потому как ежели кто такой клад отыщет, так его тут же чеканашка хватает за одно место, и в самое пекло утаскивает…
― Враки всё, ― Чиряк поморщился, ― чеканашку тебе подавай… Бабьи разговоры.
― А вот и не враки, ― Анчутка хитро прищурился. ― Ты под ноги себе глянь. Это что, по-твоему?
Чиряк наклонился, глянул, и с проклятием отшвырнул от себя изгнивший мосол.
― Тут в земле костей человечьих, ― склонился к нему Анчутка, ― видимо-невидимо. Эту, знать, дожжём вымыло…
― Ну, знать, убили кого-то, ― напарник уже взял себя в руки, ― нам-то что с того?
― Старые воры сказывают, ― вздохнул Анчутка, ― они сами мрут, ежели до чужого добра коснутся… Ё! Смотри-тко!
В ямке остро блеснула серебряная чешуйка.
Чиряк ловко присел и схватил денежку.
― Я первее сказал, ― завёл было Анчутка, но Чиряк так зыркнул на него, что тот заткнулся.
Чиряк подкинул на ладони чешуйку. Она казалась на удивление новенькой, нестёршейся.
― А может, и впрямь здесь клады лежат? ― Чиряк попробовал монетку на зуб, кивнул. ― Серебришко-то хорошее… Только вот что: подлое это дело ― в земле ковыряться. А нам, людям вольным, то