Библиотека

Хороший наш лагерь стр. 2

Размер шрифта
-
+
Тема

морской бой и не пели.

— А почему не поете вместе со всем коллективом, — подошла к ним Алла Андреевна. — Кто вы такие?

— Мы — Сушковы, — сказали они, и Алла Андреевна сразу от них отошла.

— Их чуть не исключили из лагеря в прошлом году, — сказал Наум, — они ночью всех гуталином вымазали.

— Подъезжаем! Подъезжаем! — зашумели в вагоне.

— Отряд, стоп! — скомандовала пожилая женщина, Евгения Львовна, и поезд встал.

* * *

Рядом с платформой стоял грузовик. Мы сложили на него вещи и пошли пешком. Мы шли по шоссе. Асфальт был теплый, и от нас оставалось много следов. По бокам рос лес. Я стал смотреть, какие в лесу ягоды.

— Вот за поворотом сейчас засинеет, — сказал Наум, — ух и засинеет! А над озером наш лагерь.

— У меня маска с трубкой и плавки в чемодане, — сказал Витька.

— Поплаваем, — пообещал Наум.

Мы прошли поворот, а озера не было.

— Или дорога другая? — забеспокоился он.

Мимо нас на красном мотоцикле, пригнувшись, как гонщик, промчался человек. Он был с длинными волосами, с черной бородой и в рясе.

— Поп, поп на мотоцикле! — закричали ребята.

И никто не заметил сначала, как показалось озеро. Оно было длинным. На берегах росли сосны и отражались в зеленой воде.

1714653009_6633875140844.webp

— Лагерь! — закричал Наум, и я увидел на

горе несколько домиков.

— А там купальня, — показывали братья Сушковы. Но купальни я не увидел.

У лагеря нас встретила женщина в белом халате с фотоаппаратом у глаз.

— И Сушковы здесь, — сказала она, глядя сквозь аппарат.

— Это шеф-повар, — сказал Наум.

Из столовой пахло гороховым супом.

— Вот наша дача, — сказала воспитательница Евгения Львовна.

Она остановила нас около синего домика с красной крышей. Над дверью висел флажок. «Второй отряд» — было написано на нем.

Домик стоял выше всех на горе. И под нами вокруг качались сосны, ели, а совсем внизу было озеро. По озеру бегал ветер, гонял волны, и на волнах выступала пена.

Меня тоже выбрали

После полдника нас посадили на поляне около дачи.

— Будет сбор отряда, — сказала Алла Андреевна.

Мы сидели вместе всей палатой: Витька, Наум, Толик, я и Сомов.

— Сначала выберем барабанщика и горниста, — сказала Алла Андреевна.

— Я! Я в барабанщики! — закричали ребята.

— Но кто же горнист? — спросила Алла Андреевна. Горнить никто не умел.

— А я буду горнистом, — сказала толстая девочка.

— Ха-ха-ха! Девчонка — горнист, вот смехота! — закричали Сушковы, и все ребята начали махать руками и смеяться.

— Наверное, Сушковы хотят быть горнистами? — сказала Алла Андреевна.

— Мы? Мы не умеем, — сказали братья Сушковы.

— А Катя умеет. Покажи им, Катя.

Толстая девочка взяла горн, сделала злое лицо и громко затрубила.

— Во, это сигнал! — зашумели Сушковы. — «Бери ложку, бери хлеб».

Катя протрубила еще.

— Это тоже ничего, — сказали Сушковы. — «Спать, спать по палатам». Можно и поспать.

— А это нам ни к чему, — сказали Сушковы потом. — «Вставай, вставай, дружок». И кто его выдумал!

Тут Катя заиграла песню, и я сразу понял, что она трубит «Пусть всегда будет солнце».

1714653009_663387517e028.webp

— Хороший горнист Катя? — спросила Алла Андреевна. Все закричали, что хороший.

— А вы смеялись сначала. Катя, между прочим, кончила кружок во Дворце пионеров. Нехорошо так — смеяться не разобравшись.

— И в самом деле — нехорошо, — сказал мне Толик, который

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.