Библиотека

Хозяин острова Эйлин-Мор стр. 127

Размер шрифта
-
+
Тема

она наступала на меня, как мифическая Фурия, страстно жаждущая мести. Шон в ее руках извивался ужом и кричал, будто не луна, а солнце светит на него с неба. Он извернулся и цапнул ее зубами. Лорна завопила от боли и выпустила мальчишку. Шон, завывая от ужаса, тараща безумные глаза, пополз в воду.

– Куда?! – завопил я.

– Что за чертовщина, МакАртур? – Она нависла надо мной, потирая прокушенную руку. Я посмотрел за ее спину, и она, тоже обернувшись, застыла. За каменным мысом торчал залитый электрическим светом хищный нос военного корабля.

– «Энсон» бросил якорь, – сказал я. – Скоро пришлют оцепление на остров, мне надо быть на маяке.

– Что за чертовщина, МакАртур?! – раздельно повторила она.

– Яма скоро будет уничтожена. Если Шон будет там, он погибнет. Теперь окончательно.

– Дьявол! – выпалила Лорна. – Сколько у меня времени?

– Не знаю, – развел я руками. – Бомбардировка может начаться в любой момент.

– Возвращайся на маяк! – крикнула она и прыгнула в море.

Глава 46. Герберт

1902 год.

Ни одна живая душа в мире не знает, что слышит акула, несущаяся сквозь толщу воды. Никто не догадывается, что чувствует нагулявшая жирок макрель, когда хищник приближается к ее косяку. Каким звукам, каким мелодиям водных масс внимают уши тюленя, неуклюжего на суше, но такого стремительного в море? Кто может знать это, кроме охотников – полулюдей, получертей морских? Что происходит с их слуховым аппаратом после перерождения?

На этот вопрос могли бы ответить британские ученые из департамента военно-морской разведки, если б хотя бы одно тело неизвестных науке тварей, напавших на «Энсон» и опустошивших Мангерсту, попало в их руки. Тщетно обшаривали морское дно водолазы, которых со всей поспешностью привез зафрахтованный Адмиралтейством торговый клипер из Глазго. Все, что у ученых было, – это огромный труп Хозяина, который невероятно быстро разлагался.

Надо было спасать ситуацию. Корабельный плотник спешно нарастил дно телеги. Десяток матросов, замотав лица шарфами, перекатили тело на большой кусок парусины и выволокли на берег. Мертвого морского властелина, закутанного в плотный кокон, положили в повозку со льдом, и Герберт во главе небольшого отряда помчался через остров в Сторновей.

Он заплатил огромные деньги рыботорговцу за краткосрочную аренду портового склада. Труп великана, скрытый от любопытных глаз под слоями непроницаемой ткани, перегрузили в просторный бассейн для рыбы, завалили его глыбами льда, но все напрасно. К утру вонь разложения накрыла поселок.

Обеспокоенные жители, закрывая носы, обступили пакгауз. Прикрывались кто чем мог: надушенными платками в меньшинстве, а чаще холстинами, натертыми чесноком. Все, чем располагал Герберт, – пятеро матросов с «Карлика» и два револьвера Уэбли: у него и у старшего команды. Никакой связи с материком не было, а местный комиссар заперся в своем кабинете и появляться на пристани не спешил.

Разведчик метался между сторновейцами и пребывающими в смятении матросами. Моряки замотали лица тряпками на манер аравийских бедуинов. Им был дан однозначный приказ не допускать внутрь склада посторонних, но все прекрасно понимали: собравшуюся толпу остановить малыми силами не удастся. Обстановка накалялась. Герберт взывал к патриотизму, но это понятие для жителей Гебрид и приезжего южанина-сассенаха имело почти противоположный смысл.

Сквозь толпу возбужденных сторновейцев протолкался старейшина местной Церкви Шотландии. Пока Герберт изъяснялся с преподобным Александром, толпа стояла в ожидании. Несмотря на то, что разговор напоминал общение глухого

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.