Хозяин снов стр. 129
голова шла кругом от ее однообразия.
— А почему все светится? — спросил Хаос.
Хиппи похлопал по приборной доске.
— Солнечные батареи, чувак. Полная автономность, чтоб ты знал. Наверное, так и будет полыхать, пока кто-нибудь не повырубает все к чертям собачьим. Но до этого еще целая вечность. А пока солнце льется на весь этот никчемный неон, а неон день-деньской подмигивает в ответ солнцу, и некому, кроме меня, поторчать от такой красотищи. Я вот что думаю: может, прошвырнуться по Полосе да и вырубить все на фиг? Так бы и сделал, да кто мне за это заплатит? Не солнце, чувак, уж это точно.
Они въехали на стоянку перед зданием из оранжевой и желтой пластмассы. «Макдональдс», — вспомнил Хаос. В Шляпвилке не было ни одного ресторана этой фирмы, но в Малой Америке был: конечно, заброшенный, все украшения содраны. Этот же бодро сиял. Благодаря солнечным панелям, разумеется.
Хиппи остановил машину и повел их в здание, пообещав по пути:
— Вам эти кенты понравятся. Отпадные чуваки.
В ресторане было светло, но тихо; ни единого человека на виду. «Не чокнулся ли этот хиппи? — возникла у Хаоса мысль. — Может, макдональдяне существуют лишь в его воображении?»
— Посетители! — заорал хиппи. И через лабиринт пластиковой мебели проводил спутников к стойке.
Макдональдяне появлялись один за другим, бесшумно выныривая из кухни. Три тощих, как жерди, белых привидения, каждое лет двадцати, й может, чуть старше. На всех — замасленные белые комбинезоны с эмблемами компании. Двое задержались у жаровен, третий подошел к кассовому аппарату.
— Привет, Бойд, — выдавил он с печальной улыбкой. Хаосу бросились в глаза россыпи прыщей на щеках паренька.
— Салют, Йохансон, — ответил хиппи. — А у вас, кенты, не ахти видок. Надо же и клевать чего-нибудь.
— Да ладно тебе, Бойд. Убавь громкость. Ты же знаешь, мы свое не едим. Запрещено.
— Брось ты, чувак! Если б ты меня спросил, я б тебе сказал: самое время начхать на все запреты.
Йохансон пожал плечами.
— Чего хочешь?
— Погоди, чувак, не гони. Я гостей привел в ваше распрекрасное закусочное заведение. Йохансон, это Хаос; Хаос, это Йохансон. — Он назвал двоих на заднем плане: — Стоуни, Джуниор.
Стоуни и Джуниор кивнули и уставились в пол. Ни один не взглянул на Мелинду. Бойд указал на подсвеченное меню над стойкой.
— Выбирайте, что хотите. Деньжата имеются?
— Деньжата? Нет. Там, где я жил, они больше не в ходу.
— Нет проблем, чувак. За мой счет. — Он прошептал Хаосу на ухо: «Капусты» тут кругом уймища. Штабеля. Я этим ребятам все толкую: взяли б хоть маленько, чтоб за еду платить. Но они не
имеют права самовольно оставлять заведение. Тоже запрещено.
Хаос изучал меню.
— Я возьму только гамбургер. Думаю…
— Э-э, чувак, бери пару гамбургеров, они мелкие. И жареной картона ки. Мы в США все-таки.
Хаос не стал выяснять, что такое Сэшэа.
— Ты не против гамбургеров? — спросил он Мелинду. Она кивнула, нервно стреляя глазами. — Хорошо, давай четыре гамбургера и две, гм, порции картошки, — сказал он Йохансону.
Йохансон наклонился и повторил заказ в микрофон, затем отстукал его на кассовом аппарате, на клавишах с рисунками блюд. За его спиной Джуниор вытащил из морозильника коробку замороженных булочек, а тем временем Стоуни включил фритюрницу.
— Созрел? — спросил Йохансон Бойда.
— Конечно,