Храм гордыни стр. 9
как раньше. Он уже одобрял Айзека Форда, пренебрегшего последствиями своего единственного ложного шага. Очень хорошо! Он, его сын, также не будет замечать их.
Танцы скоро кончились. Оркестр доиграл "Алоха Оэ", и музыканты стали собираться домой. Персиваль Форд хлопнул в ладоши, появился слуга-японец.
- Скажи тому человеку, что я хочу его видеть, - сказал Форд, указывая на Джо Гарленда. - Пусть сейчас же придет сюда.
Джо Гарленд подошел и почтительно остановился в нескольких шагах, нервно перебирая струны гитары, которую по-прежнему держал в руках. Персиваль Форд не предложил ему сесть.
- Вы мой брат, - сказал он.
- Кто же этого не знает? - последовал недоуменный ответ.
- Да, по-видимому, это всем известно, - сухо сказал Персиваль Форд. Но до сегодняшнего вечера я этого не знал.
Наступило молчание. Джо Гарленд чувствовал себя неловко; Персиваль Форд хладнокровно обдумывал то, что собирался сказать.
- Помните тот день, когда я в первый раз пришел в школу и мальчишки выкупали меня в бассейне? - спросил он. - Почему вы тогда заступились за меня?
Джо застенчиво улыбнулся.
- Потому что вы знали?
- Да, поэтому.
- А я не знал, - все так же сухо проговорил Персиваль Форд.
- Вот оно что! - отозвался Джо.
Снова наступило
молчание. Слуги начали гасить огни.
- Теперь вы знаете, - просто сказал Джо Гарленд.
Персиваль Форд сдвинул брови. Затем смерил его внимательным взглядом.
- Сколько вы возьмете за то, чтобы покинуть острова и никогда больше не приезжать сюда? - спросил он.
- И никогда не приезжать?.. - повторил Джо Гарленд, запинаясь. Здесь я провел всю жизнь. В других странах холодно. Я не знаю других стран. Здесь у меня много друзей. В других странах мне никто не скажет: "Алоха, Джо, приятель!"
- Я сказал: никогда больше не возвращаться сюда, - повторил Персиваль Форд. - Завтра "Аламеда" отходит в Сан-Франциско.
Джо Гарленд был в полном недоумении.
- Но зачем мне уезжать? - спросил он. - Теперь, вы знаете, что мы братья.
- Именно поэтому, - был ответ. - Как вы сами сказали, все это знают. Вы получите хорошее вознаграждение.
Смущение и замешательство Джо Гарленда сразу исчезли. Различия в происхождении и общественном положении как не бывало.
- Вы хотите, чтобы я уехал?
- Да, хочу, чтобы вы уехали и никогда не приезжали сюда, - ответил Персиваль Форд.
В этот миг, мелькнувший, как вспышка света, Джо Гарленд вырос в его глазах с гору, а сам он съежился и превратился в козявку. Но человеку опасно видеть себя в истинном свете: жить тогда становится невозможно. Персиваль Форд на одно лишь мгновение прозрел и увидел себя и своего брата такими, как есть. Это мгновение прошло - и он опять оказался во власти своего ничтожного и ненасытного "я".
- Я сказал, что вы получите хорошее вознаграждение. Вы от этого ничуть не пострадаете. Я хорошо заплачу.
- Ладно, - сказал Джо Гарленд. - Я уеду.
Он повернулся, собираясь уйти.
- Джо! - позвал его Персиваль Форд. - Зайдите завтра утром к моему нотариусу. Пятьсот долларов сразу и двести ежемесячно, пока будете находиться вне островов.
- Вы очень добры, -