Храм океанов стр. 448
ничем не выделялись на склоне древней дикой скалы.
* * *Эта осень стала уникальной в истории праздников Плетения. Впервые за тысячелетия земной цивилизации повелители планеты собирались для исполнения долга перед природой не в храмах своих родов, и не в святилищах, объявивших о каких-то торжествах. Боги слетались в те земли, где в большинстве оказались сторонники их убеждений. Где-то считали единственно верным путь, предложенный Двухвостом. Где-то его объявляли немыслимым, невозможным, ужасающим. Единомышленники и тут и там готовились найти наилучшее решение для своих вопросов — у каждого разных.
Впервые за многие годы клан Дракона разлетелся на праздники поодиночке: Растущий выбрал для этого один храм, Зеленец — другой, Тонкохвост тоже умчался куда-то сам по себе. Только Желтоушка была еще слишком молода, чтобы принимать участие в Плетении. Но так выходило, что, когда настанет ее год — волей-неволей ей придется выбирать. И выбирать не просто святилище — а убеждения, которым потом придется служить.
Впрочем, Повелитель Драконов смог остаться в стороне от идейной схватки. За пару дней до начала празднеств, что объединяли Землю в единое целое, он приземлился на берегу безымянного озера на востоке своих угодий и, отпустив нуара с ящерами, не спеша заполз по каменистому склону на поляну, буквально растворившись в высокой траве. Он приготовился к долгому ожиданию — возможно, бессмысленному, — но почти сразу после него над озером промчалась тройка драконов, с одного из которых в воду соскользнула быстрая тень.
— Чернушка? Ты все-таки прилетела? — спросил он, еще не видя юной гостьи.
— Разве мы не уговаривались, мудрейший? — услышал он ответ. — Только ты и я.
— Мы нарушаем все нормы и обычаи. Никто не знает, чем это может закончиться. Ты была вправе передумать.
— Разве настоящий ученый способен отказаться от столь интересного опыта? — Внизу плеснула вода, зашелестели светлые травяные колосья, рассыпая семена от быстрых прикосновений. — К тому же, чем может грозить нам даже самая страшная неудача? Разве только пустой кладкой, и все.
Он появилась на поляне: черная матовая голова стреляла серым острым язычком, влажное тело поблескивало радужным слюдяным переливом, внимательный немигающий взгляд густо-зеленых глаз с вертикальными зрачками завораживал, как окно в небытие. Ученый невольно приподнялся и предупреждающе зашипел. Богиня словно не ощутила угрозы. Она спокойно подтянула все тело, двинулась вперед и переползла прямо через Дракона, через все его кольца, резко развернулась и улеглась рядом, собравшись плотной змейкой.
— Что ты чувствуешь, мудрейший?
— Мне щекотно, Чернушка.
— Ты теплый… Вот видишь, опыт встречи после Плетения и перед ним приносит совсем разные результаты. Ты мне ничуть не противен. Мне даже приятно ощущать рядом твое тело. Спроси ты меня сейчас — я бы сказала, что не против находиться с тобою рядом сколь угодно долго.
— Сегодня
твои прикосновения мне тоже приятны, мудрая Чернушка. Но я не уверен, что соглашусь умереть ради того, чтобы больше не расставаться.
Богиня зашипела, подползла ближе:
— В моем роду никто не называет меня мудрой, Дракон. Да и в других кланах тоже.
— Они глупцы. Я знаю тебя всего год, но уже получил много полезных советов. И первый из ростков лилии отдал именно тебе не просто так… Кстати, как он?
— Этим летом я его не тревожила. Пустила на рассаду. Высажу потом в три