Хранить вечно (повести) стр. 303
с бульбой. Хлеба в обрез. Для командиров и гостей нашлось немного самогона с березовым соком. На аэродроме не работали. Слушали по радио речь Сталина, полную надежды и веры в победу.
«ТАДЕК»: «Кабы не голод, чесотка и вши — все было бы хорошо!.. Строим аэродром. Сегодня часовые поймали летчика. Утверждает, что убежал от немцев и хочет в партизаны. Но девушки-партизанки, знающие его, разоблачили летчика как немецкого прихвостня, угнетавшего жителей. Надо быть бдительным..»
Не значила ли засылка бывшего летчика в бригаду, что немцы пронюхали о постройке тайного аэродрома в Михеровском лесу?
Если прежде Козубовский обращал мало внимания на самолеты с черными крестами и свастикой, днем и ночью летавшие над Михеровским лесом, то теперь он провожал каждый самолет «Люфтваффе» тревожным взглядом. Многие из этих самолетов были разведывательными самолетами — партизаны называли их «рамами», «стрекозами». Они искали лагеря партизан — тропинку в урочище, дымок костра, блеск стекла и металла.
Наверняка эти самолеты держали связь с подразделениями карателей, наведывавшихся почти ежедневно в лес.
Приказ комбрига гласил: не открывать первыми огня, не принимать боя. Козубовский, прячась в густом кустарнике, то и дело пропускал мимо группы разведчиков-эсэсовцев из дивизии «Викинг».
Фашистская разведка не случайно проявляла большую активность. Третьего мая карательный отряд из дивизии СС «Викинг» смог скрытно
подойти к лагерю Каплуна и открыть по землянкам ураганный огонь из станковых и ручных пулеметов. Это было около трех часов дня, когда в землянках и на кухне с нетерпением ожидали кипевший в котлах обед из всегдашнего воловьего мяса. С утра, когда зарезали очередного вола, партизаны успели лишь разделить и выпить свежую воловью кровь.
Под вой и визг пуль партизаны похватали свое оружие и бежали в болото. Поляки бежали со всеми. Ночевать пришлось под кустами, на болотном островке. Крайне осторожно разожгли в ложбинах несколько охотничьих костров. День 4 мая провели на этом же островке, в самом сердце урочища.
«Викинги» устроили новый прочес леса. Партизаны отряда имени Котовского играли с эсэсовцами в жмурки вокруг посадочной площадки, расположенной всего в полутора километрах от села Ляховцы Брестской области. Всего двадцать пять километров отделяли это село от линии фронта. Партизан спасали болота, которых много в Михеровском лесу. В болотах котовцы часто прятались от «викингов» и карателей-венгров. К счастью, распустились уже листья — надежный партизанский камуфляж.
На исходе дня Каплун, получив рапорты от командиров разбросанных по лесу отрядов, сообщил Центру: положение сложное, бои не прекращаются, бригада маневрирует по лесу…
В свойственной ему иронической манере комбриг радировал:
«Мы немцам очень понравились: часто ходят к нам в гости, приезжают даже на танках. Добрались до штаба, рядом с посадочной площадкой. Вчера сожгли все землянки. Боеприпасы мы все съели — осталось полсотни минометных мин».
Ссылаясь на невозможную обстановку, Каплун несколько раз снова просил Центр разрешить ему уйти с бригадой из этого проклятого и опасного Михеровского леса. Немцы начали обносить урочище колючей проволокой. Центр неизменно отвечал: «Сначала отправьте польских представителей на Большую землю».
Командирам отрядов — Козубовскому, Васинскому, Стовбе, капитану Сазонову, Дежурко, Францкевичу — комбриг сказал:
— Мы с вами воюем тут третий год, с самого сорок первого, а может, и не было у нас важней задания, чем переброска польских товарищей через