Хроника Персии стр. 4
Еще в юности, он сумел поссорить отца с сыном. В результате чего Филипп выгнал из Македонии всех друзей Александра и отдалил его самого от себя, женившись на настоящей македонке Клеопатре дочери друга его отца Аталла.
Однако судьба жестоко посмеялась над завистником. Очень скоро Александр стал царем и начал приготовление к восточному походу, о котором издавна мечтали все греки и македонцы. Он даже простил своего детского друга, назначив его начальником тяжелой конницы катафрактов, или как их называл молодой царь гетайры. Однако и тогда, Филота считал, что этого очень мало за ту поддержку, которую оказали царю Пармерион и Антипатр на воинском собрании при выборе нового царя и в подавления бунта братьев Линкистийцев в день гибели Филиппа.
Кроме этого, молодого македонца сильно потрясла та кровавая расправа, которую учинила мать царя царица Олимпиада над своей соперницей, последней женой Филиппа Клеопатрой и ее дядей, стратегом Аталлом. Александр не препятствовал действиям своей матери, молча, оправдывая все ее поступки.
Недовольный подобным проявлением женского своеволия в жизни страны, он постоянно поддерживал мнения своего отца Пармериона по тактике ведения войны, непременно подчеркивая, что нынешний поход состоялся в большей части благодаря деяниям старого полководца. Но наиболее яростное столкновение мнений между Филотой и Александром, произошло, когда царь отверг почетное предложение Дария заключить вечный мир между двумя державами в обмен на уступку македонцам всего Средиземноморья. Здесь он совершенно не понимал Александра, который в угоду своим амбициям усиленно бредил полным покорением Персии, совершенно забывая интересы представителей македонской знати.
На расширенном военном совете, сторонники мира остались в явном меньшинстве после пламенной речи царя. Достойный ученик Аристотеля, он сумел заворожить души людей блеском славы и звоном золота персидских сокровищ.
Македонцы как слепые пошли за голосом поводыря, совершенно не думая о той цене, которую им предстоит за это заплатить. Глядя тогда на восторженные глаза своих товарищей, Филота понял, что его час еще не настал. Обозленный провалом своей идеи, он решил сорвать поход вглубь Персии и этот случай ему представился.
- Боги посылают свое недоброе предупреждение – неслось со всех сторон македонского лагеря, наполняя душу Филоты самым лучшим для него бальзамом.
- Посмотрим, как он выкрутиться на этот раз – зло прошептал сын Пармериона, с радостью наблюдая как волнение, все сильнее и сильнее охватывает царское войско.
- Царя, царя, пусть он ответит нам на это знамение! - требовали встревоженными голосами солдаты, не на шутку встревоженные случившимся. Главный стратег Александра Пармерион, быстро согласился с мнением войска и послал вестника к царю с просьбой выйти к солдатам.
Недовольный подобным поворотом дела, Александр вышел из шатра, и галдеж немного стих. Македонцы обожали своего полководца, но были очень встревожены затмением и предсказанием Филоты.
- Что происходит Пармерион, почему столько много шума из-за обыкновенного затмения? Разве не объявили глашатаи, что это природное явление такое же, как гром или дождь, но только очень редко бываемое в нашей жизни и от того и кажущийся нам таким ужасным? И разве не был объявлен мой призыв, соблюдать дисциплину и готовиться ко сну перед завтрашней битвой? – спросил царь своего главного полководца.
- Боюсь, что подобным объяснением сегодня воины не успокоятся.