Хроники Белого Ворона-6: ДОРОГИ, КОТОРЫЕ… стр. 98
ему в лицо. Григорий тяжко вздохнул.
— Она спрашивает: не согласитесь ли вы взять их в работники? Они будут очень стараться, изо всех сил. Они считают, что вы очень добрый хозяин.
Теперь все до единого ребятишки молитвенно сложили руки и смотрели на него с напряжённым ожиданием.
Палыч тяжко вздохнул и забарабанил пальцами по столу.
— Скажите, что я подумаю. Сегодня они должны остаться здесь, кушать, отдыхать, набираться сил. Никуда не убегать! И я бы хотел поговорить с вами отдельно.
УЧИТЕЛЬ
Палыч с Григорием спустились вниз, в обеденный зал, Палыч попросил принести им чаю и какой-нибудь перекус.
— Знаете, Григорий, вчера первым моим побуждением было пристроить детей в приличные семьи. При условии обеспечения их содержания вплоть до совершеннолетия это вообще не было бы проблемой. Но… Чем дальше, тем сильнее я ощущаю, что это решение — неправильное.
Григорий покивал:
— Понимаю. С предчувствиями лучше не спорить.
— В то же время мы имеем группу детей, совершенно не говорящих по-русски. Непривычных к нашим условиям жизни.
— Согласен с вами.
— Я хочу предложить вам контракт. Через неделю мы отправляемся на восток. Конечная цель — баронство Белый Ворон. Мне нужен не просто переводчик. Самое главное, вы — учитель! У вас огромный опыт общения с детьми. Вы разбираетесь в их национальных привычках и так далее. В случае вашего согласия я готов вам оплатить также обратную дорогу, включая затраты на охрану, питание и что там ещё необходимо. Если вас держат здесь дела или обязательства, я прошу согласиться заниматься с детьми хотя бы ту неделю, пока мы будем здесь.
Григорий неторопливо отпил чай, поставил, подумал.
— По поводу поездки не уверен, нужно решить несколько вопросов. В городе можете на меня рассчитывать. Когда вы хотите, чтобы я начал занятия?
— Да прямо сейчас можете и начинать.
— Хорошо. Понадобятся книжки. Может быть, карандаши, альбомы…
— Вот это уж точно не проблема!
Спустя полтора часа Григорий вернулся в комнату к беглецам. В руках у него была коробка. Он разулся и сел на матрац, поджав ноги.
— Здравствуйте ещё раз! Подойдите сюда. Теперь я — ваш новый учитель, — Григорий говорил по-таджикски, изредка вставляя русские слова, — Это значит, я буду учить вас всему, что нужно. Зовут меня дядя Гриша. А ну-ка повторите… Когда люди хотят узнать ваше имя, они спрашивают: как тебя зовут? А когда называют себя, говорят: меня зовут — и добавляют имя. Понятно? Теперь каждый ответит мне… Как тебя зовут?.. — начался первый урок.
Когда дети по очереди представились, он раскрыл коробку.
— Смотрите, что я принёс. Это книжка. Книжка, — ребятишки придвинулись поближе. Книга была большая и яркая. — Слушайте. Сказка про колобок…
Перед обедом Палыч зашёл в детскую (как многие её начали называть).
Дети что-то рисовали, сидя за специально принесёнными для этого столами. Меховые звери сидели рядом и присматривали за процессом своими круглыми глазами. Григорий показывал одному из мальчишек книжку и что-то объяснял по-таджикски. Палыч присел рядом.
— Ну что, как успехи? — он спросил это скорее для проформы, однако Гриша предложил, кивая на сидящего рядом ребёнка:
— Спросите: как его зовут?
Палыч, чувствуя себя как комиссия гороно, внезапно нагрянувшая в школу, спросил:
— Как тебя зовут?
Пацан стрельнул чёрными глазами на дядю Гришу, получил одобряющий кивок и старательно ответил:
— Мине завут Муталиб.
— Молодец, — одобрил Палыч.
Муталиб ещё раз покосился на учителя и решил продолжить диалог.
— Как тыбя завут?
— Меня зовут дядя Витя.
— Дядя Витя? — уточнил пацан.
— Да, — Палыч утвердительно кивнул.
Муталиб в приступе вдохновения положил Палычу на колени книжку («Репка» — автоматически отметил он) и объявил, показывая пальцем на картинки:
— Кошька! Мяу! Сабака! Гаф! — перелистнул книжку на последнюю страницу, где огромная семья сидела за столом. — Люди! Кушить! Ам-ам!.. Муталиб! — действительно, один из нарисованных детей был черноглазым и черноволосым, — Муталиб кушить, ам-ам! — он для наглядности показал себе в рот и осторожно улыбнулся.
— Вот это ты молодец! — искренне похвалил Палыч, и добавил уже для Григория: — Я ведь за этим и зашёл, на обед вас позвать.
— Спасибо, мы сейчас