Хрупкий лед (СИ) стр. 54
взял? — Теперь она искренне удивилась.
Распахнула глаза, забыв о солнце. Тут же прищурилась и уставилась так на друга.
— Может с того, что у тебя кровь на губе? И вот с этого, — второй рукой Саша вытащил ее ладонь из-за спины, а потом повернул ее голову так, что она была вынуждена глянуть на платок. Ой, заметил, все-таки. — Хочешь сказать, что он не в крови?
— Ты не так понял, Саш! Ну, что ты…
— Кто тебя ударил? — Игнорируя ее бессвязные попытки объяснить, поинтересовался Сашка.
И так нахмурил брови.
Ох, все-таки, ее друг стал дико красивым. Нельзя быть таким, тем более, когда злишься. Это просто
несправедливо по отношению к окружающим, быть таким красивым. И эта футболка и шорты, в которые он переоделся, сменив утреннюю рубашку с джинсами… Охо-хо.
Настя уставилась на него, ощущая, что начинает краснеть.
— Насть?! Настя, с тобой все в порядке? — Вдруг серьезно занервничал Александр. — Голова не кружится, не болит? — Он сильнее запрокинул ей голову и уставился прямо в глаза.
Божечки, какие же у него пальцы! И как приятно, когда они ее касаются. Почему Настя раньше этого не замечала?
Все, она совсем растерялась.
— Ммм… Что?
Настя моргнула.
— Не моргай, я пытаюсь понять, не заторможена ли у тебя реакция зрачков, так бывает после ударов по голове…
Приехали. Она им любуется, а он решил, что Насте по голове заехали, и потому она «тормозит».
Она вдруг захихикала. И осторожно высвободилась из рук Саши, потому что эти прикосновения, наряду с удовольствием, приносили еще и массу смятения.
— Саш, серьезно, меня никто не бил, и я даже не падала. У меня кровь пошла из носа. — Быстро добавила она, пока друг не перебил. — У меня такое часто бывает.
— Почему? — Искренне удивился и, кажется, обеспокоился Александр. — Ты чем-то больна?
— Нет. — Настя улыбнулась еще шире и, отступив на шаг, уселась на ближайшую к ним лавочку. — Врач, к которому меня бабушка Аня водила, говорит, что это нормально. Подростковое, и скоро пройдет.
— Них… ничего себе, нормальное. — Недоверчиво насупился Сашка и сел рядом. — Нормально, это когда кровь из носа идет, если тебя им о лед шмякнули, или об стену, как вариант. А не просто так. Что в этом нормального?
— Ну, ему виднее. — Пожала плечами Настя.
Сашка фыркнул, но продолжал на нее смотреть.
Тема оказалась исчерпана, и между ними вновь повисло молчание. И смущение. Во всяком случае, со стороны Насти. Она принялась мять в руках грязный платок, не имея ни малейшего представления о том, что же теперь говорить.
Что-то, раньше было как-то проще. Или это тоже «подростковое» и потом пройдет?
— Ну…
Они опять начали говорить вдвоем. И так же синхронно нервно и растерянно хихикнули. Сашка взъерошил пятерней короткий ежик волос. Неудобное молчание затягивалось. И тут Настя вспомнила о чем собиралась с ним разговаривать!
— Саш! — Обрадовалась она. — Расскажи мне, как это — играть в настоящей команде. Интересно? Много тренировок? Сильно загружают, да? А Питер — как? А «белые ночи»?
Вопросы вдруг посыпались из нее, как из рога изобилия. Насте захотелось узнать все-все, и прямо сейчас.
И что он видел? И играл ли в чемпионате? Ну, хоть в запасе был? И какие перспективы? И почему с ними приехал