Хрустальный башмачок стр. 43
Шут . Пойдем, пойдем, дядюшка, поищем нашу будущую королеву. Да не вешай ты нос: всему бывает конец. Невест у нас в королевстве не так уж много, и у каждой всего только по две ноги. Работать — так работать!
Старый придворный и принц медленно и устало идут по просцениуму. Шут следует за ними, приплясывая и водя тростью по картонному башмаку, словно смычком по струнам скрипки. Они уходят, а шут останавливается у рампы и, аккомпанируя себе на воображаемой скрипке, поет песенку.Шут.
Я обошел пятьсот домов,
И что я перенес!
Я слышал много горьких слов
И видел много слез.
Я поднимался на чердак,
Заглядывал в подвал
И сотням девушек башмак
Хрустальный примерял.
Я не один слыхал упрек,
Но чем я виноват,
Что наш хрустальный башмачок
Для многих тесноват!
Ну да ладно! Если не найдется ножки для хрустального башмачка, мы начнем примерять вот этот. (Высоко поднимает свой картонный башмак. В публику.) Не угодно ли, сударыни? (Убегает.)
Картина седьмаяТа же комната, что и в первой картине. Стол накрыт для завтрака. Золушка в большом фартуке стоит посреди комнаты с метелкой из перьев в одной руке и со своим хрустальным башмачком — в другой. Полдень. Часы бьют двенадцать раз.Золушка . Двенадцать часов… Опять двенадцать! А вчерашнего вечера уж не воротишь, и все, что у меня осталось от него, — это мой хрустальный башмачок. Один… На что он теперь! Разве только спрятать его и любоваться им потихоньку, когда никто не видит.
Жавотта (из комнаты справа). Золушка! Где моя гребенка?
Гортензия (из комнаты слева). Золушка! Туфли!
Золушка . Сейчас, сестрица Жавотта! Сейчас, сестрица Гортензия! (Прячет башмачок в карман фартука и бежит в комнату Гортензии.) Иду, сестрица Гортензия, иду!
Мачеха (входит в комнату). Золушка! И куда только она девалась?! Опять ее нет!
Золушка (выбегает из комнаты слева). Я здесь, матушка.
Мачеха . Почему ты не поджарила хлеб? Все в городе уже обедать собираются, а у тебя еще и завтрак не готов.
Золушка . Нет, завтрак готов, матушка. Садитесь за стол. Я сейчас подам. (Ставит на стол блюдо.)
Мачеха . Гортензия! Жавотта! Идите скорей. Все остынет.
Из своих комнат выходят Гортензия и Жавотта. Они растрепаны, небрежно одеты, вид у обеих заспанный и сердитый. Мачеха и дочки усаживаются за стол. Золушка им прислуживает.Гортензия . Золушка опять пережарила цыпленка. Есть нельзя!
Жавотта . Пережарила? А по-моему, — так недожарила. Он совсем сырой.
Золушка . Как жалко! А я так старалась, чтобы хорошо вышло! Значит, убрать, сестрицы?
Гортензия. Не надо!
Жавотта . Ладно уж! Оставь.
Обе едят с жадностью.Мачеха . Налей мне вина, Золушка! Что это у тебя руки дрожат? Провинилась в чем-нибудь? Что ты делала тут вчера вечером без нас?
Золушка . Ничего особенного, матушка!
Мачеха . Ничего? Гм!.. А позавчера?
Золушка . Тоже ничего. Мачеха. И третьего дня ничего?.
Золушка молчит.Так я и знала! Дармоедка! За эти три вечера, что мы были во дворце, можно было все чулки перештопать. Ну, чего ты стоишь? Гренки совсем остыли, подогрей!
Золушка наклоняется над очагом.Гортензия . Сегодня все холодное!
Жавотта . И очень невкусное…
Мачеха . Ну ладно, ладно, нечего