Yerba Mate: Мате. Матэ. Мати. 9000 лет парагвайского чая стр. 155
от множества лошадей, табунами перемещающимися с места на место. Вы услышите стук бича, вы почувствуете ноздрями запах конского пота, а лицом разогретый до чрезвычайных температур воздух, и не ваши ноги, а ноги вашего коня топчут эту красную землю.
Раскаленное солнце освещает просторы. Долгий переход совершен. Вы устали. Спешились. Привязали коня к дереву. Похлопали благодарно его по крупу. Присели в тени. Разожгли костер, на него поставили паву. Прислонились к холодному стволу дерева, шляпа съехала на глаза. Пора отдохнуть. Тем временем вода готова. Из мешочка засыпали в поронго мате, вставили бомбилью, долили воду. Блаженно прищурились. Рядом послышался топот: это сын привез еду. Вы показываете рукой на мате, сын достает свою калабасу, осторожно берет паву, подливает себе воды и спрашивает:
– Папа, мы гаучо?
– Да, сынок.
– А кто мы?
Глаза снова прикрыты. Вокруг – только горячий воздух. Внутри – только мате. А в нем – история южноамериканского ковбоя.
Гаучо зародились на рубеже 16–17 веков от брака испанцев с индейцами. Само слово заимствовано из языка кечуа («хуачу» – сирота, бродяга). Это были суровые люди, во владении которых была лишь лошадь. Есть мнение, что первыми гаучо были дезертиры и преступники, благодаря чему этих людей было принято опасаться.
По всей вероятности, появились они тогда, когда на земли современных Аргентины, Бразилии, Уругвая и Парагвая испанцами был завезен крупный рогатый скот. Гаучо были пастухами, ведя полукочевой образ жизни. В то время основным скотом их пастбищ были коровы (впрочем, как и сейчас), которые использовались вовсе не из-за мяса. Основной ценностью считалась кожа, которую огромными партиями закупали в Европе.
В отличие от европейцев, гаучо использовали корову всю, без остатка. Они жарили мясо тут же, на открытом огне, и эта их «кулинарная особенность» вызывала отвращение у просвещенной части общества, тем самым усиливая негативное восприятие гаучо. Правда, в конечном счете, привычка жарить мясо на открытом огне превратилось в нечто вроде национального рецепта, приобретя название «кулинарии асадо».
Питание гаучо было очень простым. Как уже говорилось, они ели мясо, жаренное на открытом огне, а также подкреплялись мате, что вскоре вошло в привычку всего общества.
Чарльз Дарвин в 1833 году посетил Южную Америку и так писал про эту общественную группу: «Они имеют длинные волосы ниже плеч, лицо, чёрное от ветра, фетровую шляпу, чирипу [широкие мужские брюки из одного куска ткани] и сапоги из кожи лошади, длинный острый нож за спиной, который держится на ремне, и едят обычно жареное мясо, иногда добавляя в него мате и сигареты».
Гаучо доставляли немало хлопот государству: их неукротимые нравы вкупе с беспощадным отношением к человеческой жизни настраивали общество против них. Началось это еще на заре становления этой культуры: поначалу они просто воровали скот, который потом продавали. Лишь после того, как земля в Аргентине стала частной собственностью, гаучо пришлось наниматься на работу. Их брали с удовольствием: никто не умел лучше обращаться со стадами, чем эти суровые люди. Тем не менее, их все-таки не любили, и боялись, потому что если у человека с собой всегда нож, то как его можно не опасаться?
Когда в конце 18 века началась борьба за независимость от Испании, стало понятно, что без суровых пастухов не обойтись. Вся конница состояла именно из них. Образ грубого, неотесанного мужлана постепенно стал