Библиотека

За столбами Мелькарта стр. 177

Размер шрифта
-
+
Тема

зрелища. Они думали о людях, когда-то, в давние времена, бороздивших моря в погоне за этими бесценными богатствами. Жажда добычи гнала их в океан. На что не шли эти люди, лишь бы только заполучить эти яркие камешки! Но их сокровища остались на затерянном в океане острове, не нужные никому.

Голос жреца заставил карфагенян вздрогнуть:

— Торопитесь! Вас ждёт море!

С этими словами жрец покинул храм.

Карфагеняне решили: одному идти к лодке за матросами, другому остаться в пещере, чтобы отобрать наиболее ценные сокровища.

В пещере остался Ганнон. Укрепив на полу факел, он стал откладывать золотые и серебряные кубки, драгоценные камни. Камни он решил сложить на щит. Ганнон ещё раз взглянул на него. Как две капли воды, он был похож на щит, купленный им в Карфагене.

Шорох заставил его обернуться. В нескольких шагах от него стояла Томис. Она была в длинной белой тунике. Сейчас Томис ничем не напоминала ту девушку, которую Ганнон встретил у ручья. Всем своим гордым обликом она походила на богиню. Несколько мгновений Ганнон удивлённо смотрел на дочь Радаманта.

Потом приблизился к ней. Но Томис жестом остановила его.

— Ты мой суженый! — сказала она, с трудом подбирая слова. — Я подарила тебе венок. Почему ты оскорбил меня рукопожатием?

Теперь Ганнон понял всё. Венок

— это не просто дар, это признание в любви.

— Ты должен был вернуть венок, если не любишь меня, — продолжала Томис.

И вдруг какой-то порыв охватил Ганнона. Сердце его затрепетало, как парус во время внезапно налетевшей бури. «Вот оно, сокровище, которое мне посылает Тиннит!»

Ганнон снял со своего пальца серебряное кольцо с квадратной печаткой и надел его на палец девушки. Её руки были холодны, как мрамор.

— Уже поздно! — произнесла Томис. — Поздно!

Снаружи послышался шум голосов. Томис вздрогнула всем телом и отступила к двери. Ещё мгновение, и она исчезла во мраке.

— Томис! Томис! — звал Ганнон, и его голос гулко разносился под сводами.

Ганнон выбежал из пещеры.

Всё пространство перед скалой было заполнено людьми. Мужчины, женщины и дети выходили из пещер и шли к морю. На Ганнона никто не обращал внимания. Он бросился в толпу, но сколько ни искал Томис, её нигде не было видно, не было и Радаманта.

Небо покрылось тучами. С моря подул сильный ветер. Со свистом он проникал в расщелины скал, шумел в кронах деревьев, клокотал в ручье.

— Томис! Томис! — звал Ганнон.

И, словно дразня его, откликалось эхо: «Томис! Томис!»

И тогда Ганнон увидел Мидаклита. Волосы его развевались по ветру.

— Скорее! Скорее! — кричал эллин. — Сокровища уже на корабле! Сейчас за нами придёт лодка!

Мидаклит бросился к берегу. И в этот миг Ганнон увидел Радаманта. Высокий и безмолвный, он стоял, окружённый несколькими островитянами. В руках у жреца была амфора.

Ганнон рванулся к Радаманту:

— Где Томис?

Лицо жреца потемнело. Он отвёл взгляд от Ганнона.

— Передай это другу, — произнёс Радамант, протягивая Ганнону амфору. — Здесь самое дорогое, что у меня есть, — свитки.

— Где твоя дочь? — настаивал Ганнон.

Жрец молчал и медленно удалялся, окружённый безмолвными островитянами. На их лицах не было тревоги, скорее светилась покорность судьбе.

Адгарбал и Мидаклит подхватили Ганнона под руки и силой усадили его в лодку. Вёсла ударили по воде, и вот уже

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.