Библиотека

За столбами Мелькарта стр. 191

Размер шрифта
-
+
Тема

несут мне сыр и шерсть, шкуры и мясо, а я для них выделываю горшки и глиняные светильники.

Послышалось шлёпанье подошв по глинобитному полу. Ганнон обернулся. Шимба! Но сколько на её руках и ногах серебряных колец! А в ноздрях блестит даже золотое! Можно подумать, что это жена какого-нибудь богатого карфагенского купца. Цепляясь за край туники, рядом с нею стоял крохотный мальчуган. При виде незнакомого человека он поспешно спрятался за спину матери.

Поклонившись до пояса, Шимба пригласила гостя в дом.

За оградой дома бродило множество кур.

— С ними спокойнее, — сказал горшечник, показывая на птиц. — Они не пропустят во двор скорпионов. Мы так боимся за нашего маленького Мутумбала!

Внутри жилище горшечника имело богатый вид. Пол устилали сшитые львиные шкуры. Стол ломился от яств, немыслимых для карфагенского ремесленника. Тут были жареная утка с аппетитно подрумянившейся корочкой, лепёшки из белой муки, сушёные смоквы и плоды Владычицы.

Лицо горшечника сияло. Как всякий человек, выбившийся из нужды, он любил похвастать, что живёт на широкую ногу. Теперь же он принимал у себя самого суффета. Пусть соседи лопнут от зависти!

Помолившись богам, хозяин и гость сели за стол. Шимба, но старинному обычаю, стояла возле гостя.

— Свои? — спросил Ганнон, указывая на гранаты.

— Из Ликса, — отвечал Мисдесс. — Свои деревья ещё

не плодоносят. У меня пятнадцать яблонь, четыре груши и одно дерево Владычицы. Нужде не найти дверь в мой дом.

Как приятно было Ганнону слышать эти слова! Как отрадно видеть благополучие этой семьи! Нет, его труд не пропал даром. Если боги не дали ему своей семьи, то они принесли счастье сотням семей бедняков, переселившихся сюда, на край света.

Снова в море

1714727802_6634ab7a855e7.webp

Каюта была полна кубками, амфорами с драгоценными камнями и другими сокровищами из храма Радаманта.

Мидаклит сидел рядом со спящим Ганноном. В руках его шелестел свиток. Врывавшийся сквозь щели ветер колебал пламя светильника. Мидаклиту казалось, что между строчками древней рукописи он видит солнечный свет и сияние моря, корабли входят в канал, огибающий город атлантов. В стене, отделанной серебристым металлом, огромные квадратные ниши. В них машины, напоминающие присевших на задние лапы собак с вытянутыми шеями. Эти медные чудища мечут огонь на сотни и тысячи стадий, но сейчас они молчат, и корабли сворачивают в канал под арку. Поднимается цепь. Зажигается ослепительный свет, озаряя высокие своды из плотно пригнанных камней. Плеск вёсел усиливается стенами, и, кажется, тысячи ладоней рукоплещут отважным мореходам. Впереди пятно дневного света. Оно растёт. И вот корабли у причалов. Их встречают статуи из красного металла и люди в белых одеждах.

Страшный грохот заставил Ганнона вскочить на ноги. Выбежав на палубу, он увидел огненный сноп, поднимавшийся из глубин тёмного моря. Багровым пламенем он осветил всё вокруг. Его отблеск лёг на волны, пронизал паруса. «Горит Колесница богов», — подумал Ганнон.

Огромный столб дыма взметнулся над морем, слившись с багровыми облаками. Временами ветер менял направление, и тогда можно было увидеть огненный поток лавы, растекающийся среди пламени.

«Рождение и смерть — таков закон, которому подвластно всё, что есть на земле и на небе. Рождаются и умирают люди, погружаются на дно материки и всплывают новые!» — звучали в голове Ганнона слова сурового и благородного Радаманта. Только теперь

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.