Жаба стр. 113
пробормотала МакГоннагал.
— А что будем делать с Лордом? — спросил о насущном Малфой. — Как только студенты увидят реликвии Основателей, они сообщат родителям. Подключится пресса. Он узнает, что крестражей больше нет.
— А откуда он узнает, что мы избавили реликвии от крестражей? — спросила я. — Он может подумать, что мы просто сумели их достать. Тут больше опасности, что крестраж может активизироваться. Ну, например, кто–нибудь наденет диадему или медальон.
— Тогда он придет в Хогвартс, — покачал головой Флитвик.
— Нужно усилить охрану Азкабана, — сказала я, — но я не знаю, как сказать об этом министру. Моя осведомленность будет выглядеть странно. Я и так…
— Кстати, позвольте выразить вам признательность за помощь кузену моей супруги, — поклонился Малфой.
— Это долг каждого честного человека, — проблеяла я, — способствовать правосудию.
Да уж…
— Он может попробовать захватить заложников, — покачала головой Помона Спраут, — тех же студентов во время очередного похода в Хогсмит. Или самих жителей деревни.
— Если мы отменим поход в Хогсмит, то ясно покажем, что что–то узнали, — сказала я, — разве что карантин какой придумать. Но это все равно будет выглядеть странно.
— Сейчас главное, чтобы не сбежали заключенные из Азкабана, — проговорил Снейп, — те, кто на свободе — вменяемы. Им есть, что терять.
— Я переговорю с министром, — кивнул Малфой, — к мадам Амбридж действительно могут возникнуть вопросы, а у меня — свои источники. Без семейства Лестранжей и Грайбека я обойдусь в любом случае. Северус прав, МакНейр и Руквуд слишком много теряют, а Крэбба с Гойлом легко перетянуть на свою сторону. Остальные тоже колеблются. Главное сейчас — добиться усиления охраны Азкабана и перевести заключеных на нижние ярусы.
— А Гарри Поттер? — спросила я. — Лорд все еще считает его основной целью? Кстати, может стоит слить ему информацию о произвольно созданном крестраже? Неужели его не насторожит то, что он уже просто теряет части души?
— Надо подумать, — кивнул Малфой.
Мы выбрались из подземелий. Счастливые деканы утащили очищенные реликвии по своим гостиным. А я не жадная, мне и Шляпы хватит.
Люциус Малфой галантно распрощался со мной, поцеловав ручку на прощанье и заверив, что нужды школы для него всегда на первом месте. Обращайтесь, дорогая, и не стесняйтесь. Его же вроде поперли из Попечительского Совета? Вернулся, что ли? Ну, мне до лампочки, пусть будет. Союзник ведь. Так что я милостиво улыбнулась и предложила заходить запросто. За этой мизансценой наблюдала совершенно обалдевшая Грейнджер. И Поттер.
— Как ваши успехи, мисс Грейнджер? — спросила я.
— Спа… спасибо, профессор.
— А у вас, мистер Поттер? Вы еще не определились с будущей специальностью?
Он моргнул.
— Сегодня будет встреча с разрушителем проклятий, — напомнила я. — Очень интересно.
Студенты кивнули.
— Профессор, — проговорила Гермиона, — а можно вас спросить? Откуда вы узнали про Тайную Комнату? И что Гарри — змееуст? Профессор Дамблдор говорил, что Гарри получил эту способность от Лорда.
— У вас сейчас урок? — спросила я.
— Нет.
— Тогда давайте пройдем ко мне в кабинет. Разговор может оказаться длинным, а беседовать в коридоре не очень удобно.
Они последовали за мной.
Мы расположились в директорском кабинете. Фоукс приветственно закурлыкал. Мы с ним не общались, но феникс продолжал сидеть на своей жердочки. Ухаживали за ним эльфы.
— Чай? Кофе? — предложила я.
Гермиона выбрала кофе, Гарри — чай, я тоже решила выпить кофе.