Забери меня стр. 46
Демид
Ближе к вечеру, когда из офиса все расходятся, я сижу у окна и смотрю на вечерний город. На снующие по проспекту машины, на темное небо в багряных разводах, на пешеходов, спешащих по своим делам.
Мне тоже надо идти. Домой. Там новый диван, шторы. Эля.
Надо, но мне не хочется. Ни того, ни другого, ни третьего. Поэтому собираюсь и еду в городскую квартиру.
Там тихо, пусто, хорошо. Наливаю себе стакан виски, кидаю туда пару кубиков льда и иду к телевизору. Перещелкиваю каналы, пытаясь найти что-то интересное, но внимание растекается, и мысли снова возвращаются к рыжей.
Она у меня на подкорке. Влезла, как носорог наследила, натоптала, нагадила, а я вместо того, чтобы прогнать и забыть, снова думаю о ней. Какая-то странная потребность, не имеющая под собой никакой логической основы. Блажь. Прихоть ненормального.
Кажется, я до сих пор ощущаю ее прикосновение к паху. Одного мимолетного воспоминания хватает, чтобы член встал, натягивая домашние брюки. Все-таки надо было ехать домой. Потрахаться с Эльвирой, согнать тестостероновый всплеск и успокоиться.
Нет. Самообман. Не хочу Эльвиру. Не на нее сейчас так стоит, что даже больно.
На Ёжика. Глупого, одновременно пошлого и стеснительного, с длинными трепещущими ресницами и россыпью веснушек по щекам.
Сейчас у меня не получается на нее сердиться. Я устал и, как это ни глупо, соскучился. И по рыжим кудрям, и по глазам наглым, и по репликам, от которых мозг кипит и уши в трубочку сворачиваются. По духам этим беспардонно цветочным.
Вообще по всей Лерке целиком. И мне уже не хочется разбираться, что за херня творится у меня в голове и в остальных местах. Просто беру телефон и отправляю короткое сообщение:
«Приезжай».Тут же жалею, но уже поздно — письмо доставлено адресату. Лера его читает практически сразу, но ничего не отвечает. Ни через минуту, ни через десять.
Зато пишет Эльвира. Спрашивает, как дела, все ли в порядке, где я.
Я ведь ее даже не предупредил, что поеду на квартиру. Даже не вспомнил, что надо предупредить. И что самое странное, вины не чувствую. Мне просто… все равно.
Пишу ей скупое сообщение: работал, устал, переночую в городе. Откидываю телефон и растекаюсь по спинке дивана, запрокинув голову и потирая лицо руками. Надоело все.
Мысли снова тянутся к Вознесенской.
Эх и придурок ты, Барханов. При-ду-рок!
Какое приезжай? Иди морду свою осунувшуюся умой и спать ложись.
— К черту, — хлопаю себя по коленям и рывком поднимаюсь с дивана.
Чтобы мозги прочистились мне нужен душ, мягкая постель и крепкий сон. Рабочая схема, которая всегда действует безотказно.
Привалившись спиной к стене, я долго мокну под тропическим дождём. Пытаюсь не думать о рыжей выскочке, насильно переключаю себя на другие проблемы, и вроде туман в голове начинает рассасываться. Даже удается настроиться на завтрашний рабочий день, но, когда выхожу из душа и беру в руки телефон, меня снова перетряхивает. Потому что там сообщение от Вознесенской. Еще короче, чем мое собственное. И еще нелепее.
«Ок».Я зависаю. Перечитываю эти две буквы раз пятьсот. В голове не укладывается, вплоть до того самого момента, когда Лерка мне звонит и спрашивает номер квартиры.
— Пятьдесят семь, — отвечаю на автомате, и в тот