Загадка аномалии стр. 76
что ее перестали ласкать, покосилась узкими, словно прищуренными глазами на хозяина и в два прыжка скрылась из виду.
Обстановка внутри дома была скромной, я бы даже назвал ее аскетичной. Стол, пара табуреток, умывальник и настоящая печь. Лекарь обратился ко мне:
– Я все же сначала осмотрю тебя, а пока буду проводить осмотр, расскажешь все о своем знакомом. Пойдем. А ты, друг, пока погоди здесь.
Возражать я не стал: рана снова полыхала огнем, и к этому замечательному ощущению добавилась лихорадка, которую я почувствовал прямо сейчас. Мутант покорно остался в комнате с печкой, а мы прошли в другую. Там оказалась импровизированная операционная. Посередине стоял стол, рядом столик с инструментами и маленькая тумбочка с кучей ящиков. Врач указал мне на банкетку и разрезал ножницами мою самодельную повязку. Я скосил глаза – кожа в месте ранения слезла полностью, обнажив ставшее вареным на вид мясо, края раны покрывали черные чешуйки, а посередине, словно противный комок желе, колыхалась зеленая слизь.
– Тебе повезло, – взглянув на все это, сказал доктор. – Еще немного, и ты либо стал бы змеекомом, либо просто умер.
– Змеекомом? Вот как, значит, называются те твари! Откуда они такие взялись? Я топчу Зону не первый год и зверья повидал всякого, но таких – ни разу!
– Змеекомы, – терпеливо стал объяснять отшельник, погружая мне в рану какой-то инструмент. – Искусственно созданные в лабораториях Зоны отчуждения существа, гибриды змеи и человека. Сильные псионики. Их выводили на Смоли в качестве потенциальных охранников. Но возникла побочка – у них под когтями скапливался мутаген, который либо превращал раненного ими в такого же мутанта, либо… Через пару часов твоя кожа слезла бы полностью, а мышцы сожгло бы вот это слизистое образование.
Я терпел из последних сил, до скрежета сжав зубы. Пот градом катился по лбу и спине, куртку можно было уже выжимать. Пока доктор возился, срезая чешую и желе, я, превозмогая жуткую боль, рассказывал ему все: от нашей встречи с Мутом и до нынешнего дня.
– Потом мы доползли по канализации до Болот… можно сказать, случайно, – закончил я свой рассказ.
– Понятно. Вот, так-то лучше. – Звериный лекарь накладывал мне на рану какую-то вонючую дрянь, от чего у меня напрочь отбило нюх.
– Ну и каков вердикт? Жить буду? – уточнил я.
– Будешь, будешь, – улыбнулся врач. – Насколько долго и счастливо, не знаю, но это уж точно не от меня зависит. А теперь займемся твоим другом.
Подняться с банкетки мне стоило больших трудов, спина затекла от напряжения, рука под повязкой, казалось, разбухла еще больше и сильно ныла. Но уже терпимо. Я вышел из мини-операционной. Мут терпеливо ожидал в соседней комнате.
– Иди, – устало махнул я рукой, – он посмотрит.
Когда за другом закрылась дверь, я тяжело опустился на грубо сколоченный деревянный табурет и задумался. Если Звериный доктор знает о гибридах-змеекомах, то он не так прост, как кажется на первый взгляд. Возможно ли, чтобы он был одним из тех ученых, которые выводили вот таких монстров? Если да, то он может знать и про таинственную лабораторию в Припяти. Сейчас Мут выйдет, и я все спрошу. А пока я прислонился к стенке, прикрыл глаза. Веки отяжелели, и я заснул.
Разбудили меня посторонние звуки. Сначала из операционной