Загадка Торейского маньяка стр. 131
описания тех мест, в которых побывал. А ты его тоже читала?
—Я с ним встречалась, — усмехнулась Мелисса. — Он приезжал на Торей пять лет назад, и я упросила отца пригласить его к нам. Я уже тогда зачитывалась его книгами о путешествиях. У меня на полке его книга с автографом стоит.
—Ух ты?! А у меня с ним встретиться не получилось.
Возникший разговор между Мелиссой и Альдой развеял очарование момента. Наташа нехотя оторвалась от наблюдений за полетами рыб.
—Да уж, — восхищенно пробормотала она. — Сюда стоило приехать только для того, чтобы увидеть такое.
—Так и едут только ради этого,
— усмехнулся Торен. — Даже из империи приезжают. Правда, в основном ученые из их университета.
—Эх, жаль у меня нет фотоаппарата, — Наташа обернулась и посмотрела на море. — Хотя… — Девушка бросилась к карете, покопалась в своей сумке и достала тетрадь и карандаши. — Это не заменит красок, но хотя бы общие наброски сделаю. Потом по памяти раскрашу.
Усевшись прямо у обрыва, Наташа, ни на кого не обращая внимания, погрузилась в рисование. Причем рисовала она странно – частями. Часть на одной странице блокнота, продолжение на другой, какие-то детали на третьей и так далее.
Удивленные ребята окружили ее и наблюдали как под быстрыми, но точными движениями карандаша на бумаге появляются контуры летящей рыбы, вот еще штрих и летучка, как живая, готовая сорваться с листа и устремиться в полет. Лист перевернут и на этот раз набросками запечатлен окружающий пейзаж без рыб. На другой странице выводится каменистый обрыв. Иногда Наташа прямо на рисунке делала какие-то пояснения.
—Это для будущей картины в красках, — пояснила она удивленному Ройсу. — Я тут пишу какие цвета и оттенки надо делать. Эх, была бы у меня неделька, я бы постояла здесь с холстом, а так… Надеюсь, у меня получится передать цвета как надо.
—Я даже не догадывался, что у тебя есть такие таланты, — восхитился Ройс, наблюдая за работой.
—Да ерунда, — отмахнулась Наташа. — Семь лет художественной школы и вот результат. Только я не заблуждаюсь на свой счет, я крепкий середнячок. Ты просто не видел, как у нас другие рисуют.
—Не скромничай, Наташа.
—Я не скромничаю, а трезво смотрю на вещи. Я рисовать начала потому, что мне нравилось, и было скучно, нужно было хоть чем-то себя занять, пока папа на работе. Вот он и привел меня однажды в художественную школу. Но художником я никогда стать не хотела. Это скорее занятия для души – хобби.
—А ты не думала заняться всерьез?
—Еще один Дарк Вром, — буркнула Наташа, не отрываясь от рисования. — Чтобы достичь чего-то в этом, нужно отдавать себя всего рисованию, а я слишком непоседлива, как говорил папа, чтобы долго сидеть на одном месте. Не мое это. Не смогу я годами рисовать картину, доводя ее до совершенства. Сделать набросок – пожалуйста, нарисовать акварель – без проблем, а вот на масло, которое требует осторожности и точности – уже меня не хватает. Быстро надоедает.
Следующие два часа Наташе старались не мешать, просто иногда подходили, смотрели, остальное время либо наблюдали за морем, либо обсуждали что-то между собой.