Загадочная леди стр. 160
сигнала, выстрелил.
"Удивительно полезная это штука – опыт”, – успел подумать лорд Роули. По опыту он знал: сильная боль означает, что рана не очень серьезная. В противном случае он не чувствовал бы никакой боли, по крайней мере в течение нескольких секунд. Шок надолго избавляет от боли. Сейчас боль в его правой руке была просто дьявольской… Даже не глядя, он знал, что рукав его белой рубашки окрасился кровью. Пуля попала в мякоть. Возможно, пуля прошла насквозь.
Лорд Роули целился, не обращая внимания на боль. Это не первое его ранение, он знал, что боль еще не убивает. А у Коупли не было выбора, ему оставалось стоять и ждать. Он и стоял боком, чтобы, будучи мишенью, стать как можно меньше.
Время остановилось. А расстояние сжалось, как при взгляде в окуляр телескопа. Он следил, как его пистолет медленно опускается на уровень белого как мел высокомерного лица Коупли. Рой мыслей, ворвавшись в его мозг, требовал за несколько секунд принять решение. Он устал убивать. Его тошнило, мутило несколько часов после сражения, он знал, что убивал людей, которые заслужили смерти не больше, чем он сам. Но он убивал, чтобы не быть убитым, чтобы защитить своих друзей и своих подчиненных от смерти. Сейчас ему смерть не грозила. И никому из друзей – тоже.
Но Коупли – насильник. Он изнасиловал Кэтрин и, возможно, Горацию. А может быть, и других женщин. Если его оставить в живых, даже если события этого утра вынудят его убраться из Англии в бессрочное изгнание, все равно где-то он будет творить то же самое. Будут страдать другие женщины, как страдали Кэтрин и Горация.
И он выстрелил. До самого последнего момента лорд Роули не был уверен, выстрелит ли он в воздух, показав все свое презрение к такому червю, каковым был Ховард Коупли, на которого жаль потратить пулю, или убьет его недрогнувшей рукой.
Да, рука его не дрогнула.
Потом
он подошел к друзьям, оделся, сохраняя спокойствие, и даже не взглянул на хирурга и секунданта, склонившихся над неподвижным телом Ховарда Коупли. Но ему пришлось все же торопливо отойти в сторону – его тут же вырвало на траву. В голове мутилось от сознания, что он убил человека. Но может быть, впервые он не чувствовал никакого раскаяния.
Кэтрин отмщена. И другие женщины спасены от ублюдка, способного причинять им страдания.
– Завтракать, – решительно сказал он, повернувшись к друзьям. Хотя ему так же хотелось есть, как прыгать в огонь. – В “Уайтс-клуб”?
– В “Уайтс-клуб”. – Нэт успокаивающе похлопал его по здоровому плечу. – Ему все равно бы не жить, Рекс. Если не вы, то я сделал бы это.
– А если ко мне, а не в клуб? – предложил Идеи. – Побудем немного наедине.
– Я должен ехать немедленно, – заявил Кен. – Мне необходимо срочно вернуться в Данбертон.
Друзья смотрели на него в некотором недоумении. Лорд Роули заметил, что у Кена напряженный взгляд, он бледен.
– В Данбертон? – переспросил Рекс. – Сейчас, Кен? Сегодня же утром? Даже не позавтракав? Я полагал, что вы останетесь здесь до конца сезона.
Лицо его друга выражало беспокойство.
– Когда я вчера вечером пришел домой, меня ждало письмо. – Он попробовал улыбнуться, но это ему не удалось. – Похоже на то, что через