Заговор на Нуич-стрит стр. 52
сказал Смит.
– То, чего мы опасаемся, может все же произойти? – послышался в трубке голос, знакомый миллионам американцев, голос, часто обращающийся к ним, голос, говорящий о том, что у нации есть лидер.
– Нет.
– Я не ожидал, что дело зайдет так далеко, все должно было быть кончено еще вчера.
– Сэр, вы хотите сообщить мне еще что-либо?
– Нет, это все.
– Если вам от этого станет легче, могу сообщить что угроза будет устранена до планируемого на завтра заявления.
– Значит, они все-таки намерены создать этот союз?
– Всего доброго, сэр.
Смит повесил трубку и взглянул на часы. Еще две минуты. Он включил компьютер. На экране появились данные котировки акций крупнейших компаний. За годы работы шефом КЮРЕ Смит пришел к выводу, что большой бизнес крадет у государства почти в семнадцать раз больше, чем организованная преступность. Но с бизнесменами иметь дело просто. Утечка информации через прессу может уничтожить любую самую богатую и влиятельную компанию. Заниматься такими делами было даже интересно. Однажды к КЮРЕ попал нереализованный план возвращения на заводы большой партии выпущенных автомобилей, в которых обнаружились дефекты. Производитель, естественно, старался избежать громадных расходов. Материал на эту тему был адресован одному из популярнейших и авторитетных журналистов, но оказался почему-то на столе директора автоконцерна, выпустившего дефектные машины. Едва распечатав конверт, тот приказал срочно объявить о возвращении на заводы всех дефектных автомобилей.
Для КЮРЕ ненадежный автомобиль являлся синонимом массового убийства.
Зазвонил телефон.
– Привет, старина! – раздался довольный голос Римо. – Видели вечерние новости?
– Да, – сухо ответил Смит.
– Я должен был это сказать. Я был хорош, да? Могу крутить ими, как захочу. Вам понравилась моя речь?
– Ничего необычного, – ответил Смит.
– Черта с два! Овация на семь минут! Главе Американского легиона аплодировали всего три минуты, и даже сам Джетро вчера на торжественной церемонии получил чуть больше восьми минут оваций. Вы видели, как он обнимал меня прямо на трибуне? Ему пришлось это сделать, а то я ушел бы и увел весь зал за собой.
– Если мне будет позволено на минуту прервать вашу блестящую политическую карьеру, нельзя ли поинтересоваться, как обстоят дела с вопросом выживания страны?
– А, это… Не волнуйтесь. Всему свое время. Им не поставить проблемы, которую мы не смогли бы разрешить. Им не выстроить баррикад, которые мы не смогли бы взять штурмом, не создать оружия, с которым мы бы не совладали. Мы, новое поколение, рожденное в…
– Срок – к завтрашнему дню, – сказал доктор Смит и бросил трубку. Римо из убийц скакнул прямо в политики, не задержавшись на роли просто человека.
Услышав отбой, Римо повесил трубку
и посмотрел на Чиуна. Чиун чрезвычайно высоко оценил «песню» Римо по телевидению и признался, что еще в молодости, когда он жил в родной деревне, мечтал стать великим политическим лидером. Чиун взобрался на кровать, выпрямился во весь рост и, размахивая руками, произнес речь, смысл которой сводился к следующему: «Изгоним захватчиков из священной Кореи!».
– Неплохо, – оценил выступление Римо. – И часто ты выступал?
– Ни разу. Понимаешь, мы, ассасины Дома Синанджу, работаем как раз на захватчиков и угнетателей. Однажды мой отец услышал, как я произносил эту речь в пустынном поле, и объяснил, что именно угнетатели дают нам пищу и крышу над головой. Без притеснений