Библиотека

Заклятие горца стр. 6

Размер шрифта
-
+
Тема

Археологии.

Она с издевкой подумала, зачем она вообще уезжала. Учитывая время, проводимое здесь, она могла бы спать в душной кладовке внизу зала, среди швабр, мётел и ведер, которые не использовались годами. Таким образом, у нее имелось бы не только больше времени для сна, но она также сэкономила бы на бензине.

Когда профессор позвонил ей из больницы, чтобы сказать, что он попал в аварию по дороге к университетскому городку – «несколько переломов и ушибов, не волнуйся», – уверил он ее, она уже ожидала, что он попросит ее вести его занятия в течение следующих нескольких дней (время на сон истощится с четырех или пяти часов до большого, большого, жирного нуля). Но он сообщил ей, что уже принял меры и вызвал Марка Трудео, чтобы он взял на себя занятия до его возвращения.

– Тем не менее, у меня к Вам, Джессика, есть небольшая просьба. Я ожидаю прибытия пакета. Я должен был получить его в моем офисе этим вечером, – сказал он ей своим глубоким голосом, который даже через двадцать пять лет после переезда из Графства Лаут в Ирландии не потерял переливов.

Она любила эти переливы. Она вспомнила тот день, когда сидела в пабе, слушая их, в то время как сама наслаждалась гостеприимством и тушеной бараниной с луком и картофелем, запивая элем. Позднее она провела весь день в Национальном Музее Ирландии, восхищенно и детально изучая такие невероятные сокровища, как Брошка Тары, Чаша Ардаж и Золотое Собрание Бройчера.

Зажав телефон между ухом и плечом, она смотрела на часы. Люминесцентный циферблат показывал десять минут одиннадцатого.

– Что за пакет доставляют так поздно вечером? – громко спросила она.

– Вас не должно это интересовать. Только распишитесь за получение, заприте пакет и идите домой. Это – все, в чем я нуждаюсь.

– Конечно, профессор, но что…

– Только распишитесь, заприте, и забудьте об этом, Джессика. – Последовала пауза,

гнетущая тишина. – Я не вижу никакой причины рассказывать об этом кому-либо. Это личное. Не относящееся к университетской работе.

Она пораженно моргнула; профессор никогда ранее не разговаривал с ней таким тоном. Резкие короткие фразы, он говорил, как параноик.

– Я понимаю. Я позабочусь об этом. Вы только отдыхайте, профессор. Не волнуетесь ни о чём, – успокоила она торопливо, решив, что обезболивающие препараты, которые он принял, сделали его забавным, бедняга. Она когда-то принимала Талейнол с кодеином, который сделал ее беспокойной, несдержанной и раздражительной на все время применения. Можно с уверенностью сказать, что с многократными переломами ему дали что-то посильнее, чем Талейнол.

Теперь, стоя под слабо гудящими флуоресцентными светильниками в университетской прихожей, она терла глаза и постоянно зевала. Она была истощена. Она встала в пятнадцать минут седьмого, чтобы начать свой двадцатичасовой рабочий день, а к тому времени, когда она вернется домой сегодня вечером, или точнее утром, и сможет лечь в кровать, начнется другой двадцатичасовой день. Снова.

Поворачивая ключ в замке, она открыла дверь офиса, повозилась в поисках выключателя света и щелкнула им. Она вдохнула присущий кабинету профессора запах, смакуя академическую смесь книг и кожи, прекрасной древесной полировки и острого аромата его любимого трубочного табака. Она планировала когда-нибудь иметь собственный офис, очень похожий

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.