Заклинатели стр. 221
беспробудным сном, великий дух, свернувшийся клубком на берегу бесконечного океана, — уже не казалась ему нелепой.
— Ну тебя только за маором посылать, — проворчал Гризли, поднимаясь навстречу Рэю и забирая у него флягу.
Спутники сидели вокруг маленького бездымного костра. Имари жарила на огне кусочки мяса. Сагюнаро при неровном свете огня сосредоточенно чертил что-то на земле обломком острой палки.
— Видел что-нибудь? — спросил он, не поднимая головы.
— Сотрясателя гор, — ответил заклинатель, усаживаясь на свой мешок.
Все трое посмотрели на него с одинаковым изумлением. Рэй выразительно похлопал по валуну рядом с собой.
— Он здесь? — почему-то шепотом спросила Имари.
— Мы сидим у него на голове.
Гризли пробормотал нечто нечленораздельное, оглядываясь. Женщина внимательно посмотрела на камни, к которым прислонялась, явно пытаясь осознать величину духа, поежилась. Сагюнаро поспешно отбросил палку и на всякий случай стер начертанные символы.
— Он спит, — сказал Рэй, стараясь всех успокоить. — И вряд ли проснется. Совсем врос в землю.
— Я читал легенды, — задумчиво произнес Сагюнаро, отряхивая ладони. — Раньше их было действительно много, они бродили по земле и не могли найти себе места. А потом уснули и сами превратились в горы. И все землетрясения происходят из-за них.
— Все это, конечно, очень интересно, — проворчал Гризли, — но я бы не хотел есть подгоревший ужин.
Он принялся снимать мясо с углей, а Имари, спохватившись, поспешила ему помочь…
Эти привычные, монотонные действия — разложить еду по мискам, разделить рисовые лепешки, подбросить дров в огонь, так же как привычная, утомительная ходьба по горам, — отвлекали ее от ненужных мыслей, успокаивали, слегка отодвигали воспоминания. И заклинатели рядом тоже очень помогали в этом.
Она понимала, что ей симпатичен добродушный, сильный юноша — Гризли. Из всех троих он казался самым безопасным. Простым, почти обычным человеком. Женщина не знала, насколько Гризли сильный маг, но он был самым понятным и приятным в общении, не то что…
Имари невольно покосилась на Сагюнаро, который с элегантной аккуратностью ел полусырое мясо, нанизанное на прутик, и вновь почувствовала приступ отвращения. Этот был из них троих наиболее привлекательным внешне. Даже оттенок его волос, почти такой же, как у нее самой, считался в Агосиме самым красивым — с такими всегда изображали прекрасных, благородных духов и героев, рожденных от них. Женщина не понимала, что именно так раздражает ее в Сагюнаро, но старалась держаться от него подальше. Он это чувствовал и тактично не навязывал ей свое общество. За что кроме неприязни она одновременно испытывала к нему нечто вроде благодарности.
Но все же, несмотря на симпатию к Гризли, готовясь спать, свой плащ она расстелила поближе к Рэю. Она понимала, что это из-за него ее чуть не убили, лишили дома и относительно спокойной жизни. Более того, Имари вновь получила обратно воспоминания о погибшей семье, которые то окатывали ее, словно крутым кипятком, то, наоборот, обжигали холодом. Но, глядя на его загорелое лицо со светлыми глазами, у внешних уголков которых скользили тонкие смешливые морщинки, хотя он делал вид, будто очень серьезен, женщина чувствовала, что только рядом с ним может быть в безопасности. Хотя сама не понимала почему, ведь Гризли выглядел более сильным, а Сагюнаро — беспощадным и хищным…
Туман тяжелым облаком накрыл дно ложбины, скрыв глазницы-озера. А небо над