Заклинатели стр. 224
болезненно поморщился.
— Дай-ка я посмотрю. — Имари, окруженная золотистым сиянием целительного духа, подошла к нему.
— Не боишься дотрагиваться до меня? — спросил тот с иронией, терпя прикосновения деревенской ведьмы.
— Нет. Мне однажды пришлось лечить сломанную ногу у быка. А он был пострашнее вас, — ответила она и одновременно резким, точным движением вправила ему плечо.
Сагюнаро дернулся от боли, сжал зубы и уселся на землю, пережидая не самые приятные ощущения после этого лечения. Потом снова пошевелил рукой и кивнул, благодаря.
Имари повернулась к Рэю.
— Как ты? — спросила она с легкой виной в голосе. — Ты просил меня не шевелиться и молчать, но я не смогла, поэтому они напали.
— Ничего удивительного, — ответил он, ощупывая все еще ноющий затылок. — Я тоже уже не мог терпеть этих тварей рядом. Зато теперь можем спать спокойно. Больше они не вернутся.
— Ну да, если вместо них не притащатся другие, — буркнул Гризли, осматриваясь в поисках своего плаща.
Но, как и предсказал Рэй, остаток ночи прошел спокойно. И едва рассеялся сумрак, путники, наскоро позавтракав, снова отправились в дорогу…
Долины внизу были закрыты плотным одеялом тяжелых облаков. И казалось, будто это далекие призрачные земли небесной страны, где живут высшие духи и которая иногда показывается смертным издалека. Но стоило солнцу подняться выше, как иллюзия развеялась, открывая ущелья, все еще затянутые легкой тенью.
Они шли по тропе, то плавно поднимающейся, то спускающейся с одной пологой вершины на другую. Деревья здесь не росли, только низкие, стелющиеся по земле кусты и трава. Было дико холодно. В затененных ложбинах лежал снег, так и не стаявший с зимы, а рядом с ним зеленела мелкая травка. Периодически налетал ледяной ветер, от которого зуб на зуб не попадал.
Однако чем выше поднималось солнце, тем сильнее начинало припекать. Так что к полудню заклинатели с удивлением поняли, что впервые в жизни испытывают жару и холод одновременно.
Зато Имари, как ни странно, повеселела. По лицу ее время от времени блуждала легкая улыбка. Взгляд прищуренных от яркого света глаз с удовольствием скользил по голым склонам. Иногда она наклонялась, бережно срывала какую-нибудь травку и прятала в свой мешок, с удовольствием рассказывая про каждую, отвечая на вопросы Гризли, заданные из вежливости.
Похоже, ночное происшествие встряхнуло ее, заставив вновь ощутить вкус к жизни. Или она была рада видеть родные места.
— Сейчас мы спустимся по этой тропе, затем еще один небольшой подъем, — рассказывала она, не слишком заботясь о том, слушают ли заклинатели, — вон за той вершиной есть место для отдыха. Потом еще полдня пути — и мы уже в Агосиме.
— Хорошо бы, — отозвался Гризли, вытирая покрасневшую физиономию. — А сами вы что собираетесь делать? Вернетесь?
— Нет. Обратно в Андо я не пойду, — решительно ответила она, глядя на горы, белеющие на фоне синего неба. — Агосима большая. Найду в ней место для себя.
Увалень одобрительно кивнул и принялся подробно расспрашивать о провинции. Рэй, прислушивающийся к их разговору, узнал, что эта часть страны всегда была очень обособлена. Крестьяне выращивали скудные урожаи на горных террасах, как-то договаривались с местными духами, с трудом переживали очень суровые зимы и спешили успеть все за короткое лето. Про наместника провинции рассказывали всякие небылицы — будто бы он в родстве