Закон Черного сталкера стр. 30
не похожей по цвету на кровь шамов.
Фыф застонал, попытался схватиться за свой глаз, резко сдувшийся и уже обвисший, словно проколотый воздушный шар, но его стон перешел в хрип, и сразу же – в бульканье, так как из шейной щели у него тоже толчками начала литься кровь.
А потом мы упали на траву.
Все.
И Фыф, и мы с Хащщем.
Причем Фыфу повезло больше, чем ктулху, – судя по конвульсиям, он уже агонизировал. При этом его голова-глаз неестественно дергалась и брызгалась черными каплями. Это было неудивительно – пиявка Газира, разбуженная моей ненавистью, вырвалась наружу, и теперь жрала изнутри того, кто посмел вызвать неудовольствие ее хозяина.
Раньше это странное и жуткое существо, похожее на змею с забавной мордочкой-смайлом, жило под кожей руки Андрея Краева, пришельца из другой вселенной. А после выбрало меня в качестве хозяина, поселившись в моем предплечье. Со стороны это было похоже на татуировку – пиявка предпочитала спать, понемногу питаясь во сне моей кровью и не особо напоминая о себе… до тех пор, пока ее хозяину не начинало угрожать что-то реально опасное – по ее мнению, конечно. Как сейчас, например. И тогда пиявка Газира разбиралась с этой опасностью быстро и решительно.
Но сейчас мне было не до нее.
Я вскочил на ноги и бросился к Хащщу… Хотя что я мог сделать? С такими ранами не выжить даже существу, о способностях к регенерации которого ходили легенды.
Ктулху и правда умирал. Из кошмарной раны на месте оторванной руки слабыми толчками вытекала кровь. Уже слабыми – в мощном теле Хащща ее не так уж много осталось.
Но пока он был еще жив. И, увидев меня, попытался ухмыльнуться. Выглядело это жутко, как шевеление кровавой маски, в которую превратилась нижняя часть его морды.
– Вот оно, значит, как – умирать, – тихо проговорил Хащщ. – Больно… Но не страшно. Ведь там меня ждет она… в Краю Вечной войны.
– Ждет, конечно, – сказал я. – Скоро вы встретитесь.
– Знаю… Чувствую… – уже еле слышно прошептал ктулху.
Его глаза заволакивала пелена смерти. Вдоль моего позвоночника пробежала ледяная волна. Понятно… Та, кого я раньше называл Сестрой, уже рядом. Пришла, чтобы забрать с собой моего друга…
Но Хащщ внезапно напрягся, и я увидел, как в его взгляде мелькнула прежняя сила. Такое случается, когда умирающему еще нужно что-то сделать на этом свете.
Так и случилось.
Неимоверным усилием он приподнял уцелевшую лапу, на одном из пальцев которой было надет перстень с крупным черным камнем, и произнес:
– Кольцо Черного сталкера… Возьми его себе, Снайпер. И носи не снимая. Обещаешь?
Я хотел было сказать – зачем оно мне? Да и не люблю я таскать на себе лишние побрякушки…
Но вопросительный взгляд Хащща стремительно угасал, и видно было, что умирающему ктулху очень нужен мой ответ.
И я не нашел ничего лучшего, как сказать:
– Обещаю.
– Хорошо, – прошептал Хащщ, расслабляясь. – Прощай, Снар… И не оживляй меня. Не надо. Я хочу быть с ней…
Взгляд Хащща остановился. Мертвый ктулху смотрел в серое небо Зоны, словно видел за тяжелыми тучами легендарный Край Вечной войны, куда уходят герои Зоны, погибшие в неравном бою. Умершие страшно и больно, но не проронившие ни единого стона. Побежденные, но