Законы любви стр. 33
Ему понравилось, что она заботится о своей репутации. Шотландки, как правило, куда смелее англичанок. — Могу я попросить своего родственника Хантли поговорить с королем?
— Нет! Слишком рано, милорд! Если собираетесь ухаживать за мной, нужно, чтобы все было по правилам. Любой приз нужно завоевать! И жизнь не дает никаких гарантий, верно?
Эндрю слегка обиделся.
— Неужели вы так ветрены, что не можете сами принять решение? — спросил он.
— О нет, милорд, я вовсе не ветрена. Но возможно, при более близком знакомстве мы обнаружим, что не подходим друг другу. Мы оба знаем, что брак — это навечно. Ваше красивое лицо, соблазнительные губы и другие достоинства,
еще мне не известные… всего этого может быть недостаточно. Мы должны быть не только любовниками, но и друзьями. Как наши король и королева. Меньшим я не удовлетворюсь, Эндрю Гордон!
Она поражала его. Но он намеревался завоевать ее. Эта девушка красива, образованна, хорошо воспитана, и, к его удивлению, с ней есть о чем поговорить. К тому же кузен Хантли сообщил, что у леди Сисели Боуэн хорошее приданое.
Эндрю решил, что она подходит ему идеально. Прелестна, богата, имеет влиятельных друзей, и его клан одобряет англичанку. Все говорит в ее пользу, а главное — его сердце уже частично завоевано леди Сисели Боуэн.
За несколько дней до коронации Якова I король посетил парламент. Именно там лорды обнаружили, что он пошел не столько в отца, сколько в прапрапрадеда. Роберта Брюса.
Яков заинтересовался работой парламента и намеревался управлять им честно и справедливо. Графы были недовольны, услышав его слова:
— Если любой лорд соберется объявить войну другому, он будет наказан по всей строгости закона. Я желаю, чтобы в стране царил прочный мир!
Слушая речь короля, они постепенно понимали, что его невозможно низложить. Им невозможно манипулировать. Для Шотландии начиналась новая эра.
14 мая Яков I и его супруга Джоанна Бофор были коронованы в аббатстве Скоун, став официальными королем и королевой. Яков держался уверенно и был исполнен достоинства. Его королева, изящная и прелестная, стояла рядом с мужем. Ее русые волосы и голубые глаза представляли собой пикантный контраст каштановым волосам и янтарным глазам мужа. Потом в алых, отделанных мехом горностая мантиях они проследовали через Перт под громкие приветственные крики.
Над ними сияло солнце, пробуждая надежды.
За королевской четой следовали знатные лорды.
Сисели ехала в дамском седле, хотя обычно ездила в мужском. Все же в такой день подобало соблюдать этикет. Рядом ехал граф Фэрли. Теперь он почти не отходил от нее, и это стали замечать при дворе. В процессии ехали и приграничные лорды: Брюсы, родственники короля, Армстронги, Хэпберны, Скотты и Дугласы.
— Похоже, он хороший человек, — заметил Йен Дуглас, лэрд Гленгорма, младшему брату Фергусу. — Был так любезен, когда принимал мою клятву верности.
— Посмотрим, — буркнул Фергус.
— Что нового слышал?
— Многие люди довольны. А вот северяне — нет. Он уже показал, что не похож на старого слабака Роберта или Олбани, которого было легко купить и который так же легко покупал сторонников на деньги своего племянника, — сообщил Фергус.
— На границах все по-другому, — покачал головой Йен. — Мы не всегда выступали против короны, как Макдоналды, Гордоны и остальные северяне.
— У нас, Дугласов, бывали свои разногласия с