Залежь стр. 231
совхозов нет разве?
— Почему нет? «Антей» детский сад есть.
— Понятно, — повторил Грахов и повернулся к Белопашинцеву. — Значит, в первую очередь детский сад все-таки построили?
— Заканчиваем, Михаил Павлович. И уже четыре казахских семьи пришли в совхоз. Видели юрты?
— Видел. Этак вы мне весь район к себе переманите. И меня в том числе.
— Так у вас же нет маленьких детей.
— Внуки есть. Заместителем не возьмешь, Анатолий Карпович? — И, посерьезнев: — Заместителя я тебе завтра же подберу, чтобы ты совсем без зарплаты не остался.
У Анатолия запотели стеклышки очков. Снял. И белая полоска на переносице тут же залилась краской.
— С шабашниками промашка вышла, Михаил Павлович, — заступился за директора главный агроном. — Тут и моя вина есть, и Иван Филимонович мог предупредить.
— Ладно. Об этом после. А ты что там прячешь, Евлантий Антонович? — заметил Грахов, как агроном прикрыл один лист другим.
— Я не прячу. План подъема залежи обсуждали.
— Покажите! — оживился секретарь райкома.
— Да-а… Вы не поймете ничего.
— Слыхали? Хасай меня и за агронома уж не считает. А?
— Я не в том смысле, Михаил Павлович. Я в том смысле, что цифры не успел проставить. Площадь участков. Глубину. Расчетные усилия тяги. К утру будет готово. А пока — в принципе.
— Ну, и как же вы в принципе пахать собираетесь?
— Поперек ветра, — безо всякой иронии ответил агроном. — И не сплошь.
— Разреши глянуть.
Евлантий Антонович нехотя подал Грахову лист и, сложив ладони, подпер большими пальцами ямчатый подбородок.
На листе жирной линией обведена вся пахотная площадь, расчерченная на черно-белые квадратики. Внизу — стрелка и надпись: «Преобладающие ветры».
— Так вы что? Не сплошь решили пахать?
— Нет.
— Почему?
— Ветер дует — земля летит, — ответил за агронома Нагуманов.
Грахов посмотрел на Алдабергена, посмотрел на Евлантия Антоновича, на Краева, на Храмцова и, растопырив пальцы, положил их на лист:
— Я — с вами.
— Михаил Павлович! — вскочил Белопашинцев. — Но это ж не массив, а какая-то… ш-шахматная доска получится. Клетки, клетки, клетки.
— Природа — противник сильный, Анатолий Карпович. Мат в три хода ей не поставишь. Она тебе — может. Так что прав ваш главный агроном. Когда начнете, Евлантий Антонович?
— Завтра. Оставайтесь на первую борозду.
— Уже остался. Сказал: я с вами. Кстати, и кино посмотрю. Сто лет не был. Как там солнышко? Не село еще?
Распахнулась дверь, в вагончик вбежала Зиночка.
— Анатолий Карпович! Извините, товарищи, можно спросить?
— Спроси, спроси, — ответил за всех Грахов.
— Анатолий Карпович, что делать, киномеханик детских билетов не привез.
— Почему?
— Говорит, не знал, что в «Антее» уже дети есть.
— Пусть взрослые продает. Один билет на двоих. Сам не мог решить такой простой вопрос?
Киномеханик такой простой вопрос решил сам, и Зиночка свой тоже, найдя предлог напомнить о себе.
«Сейчас освобожусь», — пошевелил губами Анатолий, улучив момент, когда все смотрели на будущую директоршу.
Здесь пока все определялось будущим. Все, кроме детского сада.
Слух, что в целинном совхозе «Антей» есть — есть — детский сад-ясли, обошел вокруг земли без публикации в газетах и еще до того, как был он дорисован на листе ватмана в план поселка.
Краев, покончив с траншеями под фундаменты, выкроил время и машину и привез Женю Тамарзина в Железное показать бывший свой дом.
— Вот этот, — подвернул Иван к воротам и первым выскочил из кабины.