Библиотека

Замки Луары стр. 56

Размер шрифта
-
+
Тема

ни одного человека на свете, который, схватившись со мной один на один, не почувствовал бы страха, да к тому же меня обычно сопровождают; так что нескольким вооруженным людям не так-то просто напасть на меня, даже выждав момент, когда я буду не настороже. Моя свита ежедневно сопровождает меня до дверей королевской спальни, и, если вдруг она услышит хоть малейший шум, никакая охрана, никакой привратник не помешает ей прийти мне на помощь». Ну что ж, король учел и это обстоятельство. Уж коли дело обстоит именно так, то Гиза следует оставить без оружия и наедине с убийцами.

А Гиз вел себя все более бесцеремонно. Дошло до того, что во дворе замка его люди спровоцировали ссору со сторонниками короля. Сражение происходило на глазах Генриха III и больной королевы-матери. До сих пор никто не знает, являлся ли подобный инцидент, в результате которого погибло несколько дворян, попыткой Гизов совершить переворот. Гиз решил остаться в Блуа до конца и либо победить короля, либо погибнуть. «Я так твердо решил не уезжать отсюда, – заявил он, – чтобы моим отъездом не нанести вред королевству, что даже если бы смерть вошла через эту дверь, я не выпрыгнул бы в окно».

В начале декабря Генрих III получал все больше сообщений о планах Гиза: тот хотел силой привезти его в Париж и там заставить отказаться от короны. Всем, в том числе королю и его сторонникам, была известна даже дата предполагаемого покушения – 20 декабря. Последней каплей стал ужин, организованный сторонниками Гизов 17 декабря. Кардинал Гиз объявил своего брата фактическим королем Франции и добавил, смеясь, что «этого Валуа» ждет монастырь. Веселье поддержала очаровательная бунтовщица, мадам де Монпансье. «Да, мой брат, – сказала она, – причем вы будете держать его голову, а я своими ножницами вырежу ему тонзуру». Эти слова, на следующий день ставшие известными королю, и явились искрой, которая заставила Генриха III решиться на отчаянный шаг. Король отдал приказ об уничтожении Гиза.

Перед этим убийством в Блуа состоялся последний праздник, устроенный королевой-матерью, невзирая на стремительно прогрессировавшую болезнь. Екатерина Медичи почти не выходила из своих покоев, расположенных на втором этаже, там, где раньше жил Франциск I. Из этой анфилады она иногда переходила в отделенную древней стеной (когда-то бывшей наружной) другую анфиладу, из окон которой можно было только любоваться на сады вокруг замка. Это был праздник, устроенный в честь заключения брака между любимой внучкой Екатерины Медичи Кристиной Лотарингской и герцогом Фердинандом Медичи. Королева-мать вручила Кристине подарки – гобелены из шелка, золота и серебра, на которых были изображены сцены празднеств, устраиваемых в замках представителями рода Валуа (дорогое воспоминание для старой умирающей королевы).

После этого приема Генрих III в последний раз обсудил план убийства ненавистного Гиза со своими ближайшими сподвижниками. Существует даже документальная запись этого разговора в королевских покоях.

– Государь, пригласите в кабинет этих двух предателей Гизов – герцога и кардинала. Их можно убить при входе.

– Как можно даже подумать такое, господа? Меня все станут называть новым Нероном!

– Вот еще – Нероном! Речь идет о том, что либо вы их, либо они вас. Схватить вы их не можете, судить – тоже, хотя и считаетесь первым судьей в своем королевстве. Эти двое совершили преступление против Королевского Величества и по закону должны понести наказание. Отдайте приказ убить их, и он будет выполнен.

Поразмыслив, король согласился, что иного выхода у него не остается, и поручил это грязное дело своей личной охране – миньонам, расквартированным здесь же, в Блуа.

Наутро Гиз, предупрежденный своими сторонниками, прямо спросил короля о готовящемся на него покушении, и Генриху III пришлось сделать невинное выражение лица и даже сказать о своей любви к ненавистному кузену. Эта тирада, видимо, тяжело далась мягкохарактерному королю, а потому, вернувшись в свои покои, он едва не забился в истерике, бросил на землю свою шляпу и растоптал ее, а потом вызвал начальника охраны и велел, чтобы герцог был убит как можно скорее.

Когда король немного пришел в себя и стал способен рассуждать здраво, он

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.