Замок Ужаса стр. 100
Коэн.
– Просто знаю. Пустите меня вперед, – я протиснулся мимо ведунов и шагнул в проход.
Четвертый поворот налево, сразу направо, еще раз налево, еще…
Бережно поддерживая начинавшую неметь руку, я плелся по этому проклятому лабиринту. Ведуны молча шли следом.
Вот он наконец – низкий зал-пещера с пустым водоемом посредине.
Пустым? Нет, в округлой чаше что-то было. Но не вода. Сгусток мрака, пронзаемый черными молниями. Маленькие смерчи скользили по шевелящейся поверхности, щупальцами тянулись вверх, снова исчезали, растекаясь в разные стороны.
– Вот он – древний Ужас, проклятие Морхольда, – тихо произнес кто-то за моей спиной.
Или это мне только показалось?
Я тупо смотрел на бассейн, ничего не соображая и ничего не чувствуя кроме боли, рвавшей мое тело, и холода, упорно подползавшего к сердцу.
Осторожно встали вокруг бассейна ведуны. Пять мечей с легким звоном сошлись остриями над его центром. Поверхность заволновалась, смерчики жадно потянулись вверх. А мечи словно наливались изнутри холодным ровным пламенем. Искры сорвались с остро отточенных лезвий, но не упали вниз, а, теснясь, образовали переливающуюся огнями полусферу. И на ее вершину Коэн возложил сияющий шар.
Медленно, очень медленно и совершенно беззвучно сжималась полусфера.
Вот уже показались черные вылизанные края бассейна. Темная полоса ширилась, словно где-то на дне открылся выход и содержимое истекало из чаши. Меньше
искрящийся купол, еще меньше, еще… Сияющий шар как будто вбирал в себя огненную мантию. Вот ее уже нет: шар лежит на дне, он уменьшается, вот уже размером с орех, с горошину, с булавочную головку…
Вот осталась только крошечная искра, горящая чистым светом далекой звезды.
Погасла…
И тут же ярко вспыхнули цепи ведунов, осветили пустой, окончательно и теперь уже навсегда пустой зал. Коэн покачнулся, двое стоявших рядом ведунов бережно поддержали его под руки. Славомир повернул ко мне свое новое лицо, попытался улыбнуться.
– Все… – в глазах ведуна появилась тревога, он быстро шагнул ко мне: – Что с тобой, Анжей?!
Что? Да ничего особенного… Просто я падаю. Ты прости, Славомир, но эта боль все-таки меня доконала…
6Ласточка зацепилась за край ставни, чвикнула что-то веселое и скользнула в чистую синеву неба. Откуда ласточка? Показалось, давно они уже отлетели в теплые края. Но небо и вправду голубеет совсем по-летнему…
Я лежал в знакомой комнате. Шевельнулся – боли нет.
Дверь распахнулась, и на пороге возник Славомир – в привычном для меня облике.
– Очнулся? Ну вот и хорошо. – Ведун прошел через комнату, присел на край кровати.
– Что со мной было? – голос хриплый, словно я проспал неделю кряду.
– Раны, нанесенные Каргоной, не проходят даром, – рука ведуна успокоительно легла на мое плечо. – Но теперь все позади, а двое суток сна восстановили твои силы.
– Двое суток? – недоверчиво переспросил я.
– Чуть-чуть меньше, – рассмеялся Славомир.
– А где Коэн, Ро, где остальные?
– Уехали несколько часов назад. Просили передать тебе привет и благодарность.
– Значит, все закончилось?
– Можно сказать, так. Барон, правда, не пришел в восторг, узнав, кем была его красавица супруга, но вчерашняя битва заставила его смягчиться.
Я озадаченно уставился на ведуна.
– Какой барон? Какая битва? Что-то я ничего не пойму.
– Барон Гуго Отважный – владетельный хозяин Эсгарда. Хотя, подозреваю, носить ему теперь до конца дней прозвище «Однорукий». Утром он как ни в чем не бывало встал