Занимательное волноведение. Волненя и колебания вокруг нас стр. 22
Поразительный факт: нейробиологи могут наблюдать эти волны, которые, проходя через совсем небольшие участки мозга при вскрытом черепе подопытного животного под анестезией, вызывают изменение цвета. Волны становятся видимыми благодаря контрастному веществу. Контрастное вещество вступает в связь с нейронами и меняет оттенок в зависимости от потенциала поля — электрической величины, демонстрирующей степень готовности нейронов к импульсации. Это контрастное вещество и делает видимыми волны возбуждения, распространяющиеся по поверхности мозга. Высокая скорость волн фиксируется цифровой камерой, которая регистрирует изменение оттенка контрастного вещества на области мозга шириной около 3 мм (череп животного при этом вскрыт). Само контрастное вещество используют уже более тридцати лет, однако фотографическое оборудование только недавно достигло такого уровня чувствительности, при котором стало возможным изучение движения волн. Оказывается, волны, распространяясь через мозговую ткань, принимают уже знакомые нам формы.
«В результате наблюдений мы пришли к выводу, что по своей форме волны делятся на два основных типа», — пояснил профессор У Цзяньюн из Медицинского центра Джорджтаунского университета в Вашингтоне. Он использовал контрастное вещество для изучения мозговых волн крыс. «Первый тип — круговая волна, второй — вращающаяся, или спиральная, волна».
Погодите! Разве не эти же волны, распространяясь по мышечной ткани сердца, вызывали аритмию? Похоже, в случае с мозговой тканью они не представляют опасности, уж слишком они слабы. Более того, профессор У считает, что волны этих двух типов лежат в основе мозговой деятельности млекопитающих. Волны были замечены на поверхности многих областей неокортекса — внешнего слоя мозга животных. Неокортекс участвует в высшей деятельности головного мозга, например в обработке информации, поступающей от органов чувств, в движении тела, мышлении и, если речь идет о человеке, в использовании языка.
«Волны наблюдались в ходе реализации почти всех корковых процессов, что было выявлено посредством картирования с использованием потенциалчувствительных меток», — рассказал мне профессор У. Эти волны могут распространяться по поверхности неокортекса самых разных животных: черепах, морских свинок, саламандр, обезьян… Они проявляются у высших животных при воздействии на органы обоняния, слуха, зрения или при соприкосновении с вибриссами.
Кроме того, профессор У обнаружил, что спиральные волны проходят через мозг крысы и тогда, когда она, что называется, клюет носом. «Можно предположить, что эти спиральные волны генерируются в результате импульсации соседних нейронов и позволяют коре больших полушарий головного мозга избежать контроля таламуса». (Таламус — область головного мозга под неокортексом, отвечающая за транспортировку информации от органов чувств, за исключением обоняния, к коре головного мозга. Другими словами, профессор У предполагает, что эти мозговые волны, проходя над неокортексом, препятствуют влиянию зон, задействованных в интеллектуальной деятельности, на таламус — что позволяет крысе задремать.) Он прибавил: «Нам кажется, что благодаря этим волнам становится возможной сложная умственная деятельность, в основе которой лежит функционирование сильно разветвленной сети нейронов, каждый из которых сам по себе довольно прост. Такова наша рабочая гипотеза».
Как и многие из тех, кто изучает колебания загадочных волн нейронного возбуждения, профессор У задается вопросом: что если волны играют решающую роль в разгадке извечной тайны — как миллиарды взаимосвязанных нейронов, каждый из которых по отдельности напоминает простенький «биологический выключатель», могут порождать такие сложные процессы, как способность чувствовать, мыслить? Даже если в случае с крысой все мыслительные процессы сводятся к тому, как бы добраться