Записка стр. 18
как всегда, нашелся клерк. - Нужно будет подняться выше.
Он светил перед ними японской спичкой, но она почти не разгоняла темноты, и они пробирались за ним на ощупь. Отперев дверь на втором этаже, он зажег газовый рожок.
- Входите, пожалуйста, - сказал он.
Комната была маленькая, квадратная, с одним окном, и вся мебель состояла из двух низких китайских кроватей, покрытых циновками. Один угол занимал большой сундук с замысловатым замком, на нем стоял облупленный поднос с лампой и трубкой для курения опиума. Слабый приторный запах заполнял комнату. Все сели, и Ван Цисэн предложил им папиросы. Вскоре появился толстый китаец, которого они видели за прилавком. Он поздоровался на прекрасном английском языке и сел рядом со своим соотечественником.
- Женщина сейчас придет, - сказал Цисэн.
Мальчик из лавки принес поднос с чайником и чашками, и китаец спросил, не хотят ли они чаю. Кросби отказался. Китайцы шепотом заговорили между собой, Кросби и мистер Джойс молчали. Потом за стеной послышался голос: кто-то тихо звал; китаец подошел к двери. Он открыл ее, произнес несколько слов и впустил женщину. Мистер Джойс взглянул на нее. После смерти Хэммонда он немало о ней наслышался, но ни разу ее не видал. Женщина была довольно полная, не очень молодая, с широким флегматичным лицом; она была напудрена и нарумянена, брови тонко вычерчены, но, несмотря на все это, она производила впечатление человека с твердым характером. На ней был голубой жакет и белая юбка - костюм полуевропейский, полукитайский, но на ногах были надеты крошечные китайские шелковые туфли. На шее тяжелые золотые цепочки, на руках - золотые запястья, в ушах - золотые серьги, затейливые золотые шпильки в черных волосах. Она вошла тяжелой поступью, неторопливо, как женщина, уверенная в себе, и села на кровать около Ван Цисэна. Он сказал ей что-то, и, кивнув, она равнодушно окинула взором двух европейцев.
- Записка у нее с собой? - спросил мистер Джойс.
- Да, сэр.
Не говоря ни слова, Кросби извлек пачку пятисотдолларовых банкнотов. Он отсчитал двадцать бумажек и вручил их Цисэну.
- Проверьте.
Клерк пересчитал их и отдал толстому китайцу.
- Все правильно, сэр.
Китаец еще раз пересчитал деньги и положил их в карман. Он опять сказал что-то женщине, и она вынула из-за пазухи записку. Она отдала ее Цисэну, тот прочел ее.
- Это подлинный документ, сэр, - сказал он и хотел было передать бумагу мистеру Джойсу, но Кросби взял ее у него из рук.
- Разрешите взглянуть, - сказал он.
Мистер Джойс смотрел на Кросби, пока тот не кончил читать, и затем протянул руку к записке.
- Дайте-ка ее мне.
Кросби бережно сложил листок и сунул в карман.
- Нет, пусть будет у меня. Она мне недешево досталась.
Мистер Джойс не стал спорить. Трое китайцев слышали этот краткий разговор, но что они о нем подумали, да и подумали ли что-либо вообще -сказать по их невозмутимым лицам было невозможно.
- Понадоблюсь ли я вам еще сегодня, сэр? - спросил Ван Цисэн.
- Нет. - Мистер Джойс знал, что клерк хочет остаться, чтобы получить свою долю, и обратился к Кросби:
- Вы готовы?
Кросби безмолвно встал. Китаец открыл дверь.