Библиотека

Записки мертвеца: Часть I стр. 77

Размер шрифта
-
+
Тема

домашнее задание на уроке природоведения. Листья были хрупкими и ломались от одного прикосновения, но, прикасаясь к ним, я словно бы жал руку маленькому семи-восьмилетнему себе, который ещё и знать не знал, что ждёт его в будущем. Сентиментальность накрыла меня с головой. Ещё глубже под слоем хлама я нашёл старые фотоальбомы. В них на снимках были мои родители, их родители и даже родители их родителей. Уже на новых, цветных фотографиях, в самом конце толстого и увесистого альбома появился я — малой и несмышлёный, смотрящий на мир вокруг взглядом только что сошедшего с трапа летающей тарелки пришельца. Родители, державшие меня на руках, улыбались и были ещё так молоды.

Дальше — фотографии с первой линейки в школе. Я стою в нелепом костюме «на вырост»: в пиджачке, галстучке и отутюженных брючках. В руках у меня букет цветов, который я должен буду вручить своей первой учительнице. Я щурюсь и морщусь на солнце. На дворе стоит жаркая погода, и мне хочется поскорее оказаться дома. Родители же рядом со мной всё так же улыбаются и ещё всё так же молоды.

Потом — выпускной из девятого класса. Мы стоим уже с Ирой, разодетые она в яркое и воздушное платье, а я — опять в костюм, который теперь мне по размеру, и в котором я бы даже выглядел неплохо, если бы не причёска — то самое, из-за чего многим людям стыдно бывает по прошествии лет пересматривать свои выпускные фотографии. Рядом с нами — наши родители: её мать с отцом по левую сторону от неё, мои — по правую сторону от меня. Они уже не так молоды, но всё ещё улыбаются.

Наконец, одиннадцатый класс. Последний звонок. Опять — мы с Ирой в нелепых ленточках наперевес с надписью «Выпускник». Я обнимаю её за талию, и мы позируем для фотографии, которую захотели сделать наши родители, и которые попросили нас для неё попозировать. Рядом — они. На лицах у них новые морщины, в голове у моего отца — проседь, и поза у обоих теперь какая-то чуть сгорбленная и сутулая. Но так же, как и на тех первых чёрно-белых фотографиях, где меня ещё и в помине нет, они улыбаются, излучая бесконечное счастье.

Под альбомами, на самом последнем слое доисторического хлама, в самом конце своих раскопок я нашёл толстую записную книжку в коричневой кожаной обложке. На обложке были наклеены разноцветные буквы, складывавшиеся в надпись: «Дневник добрых дел». Такие штуки нам всем подарили в честь окончания первого класса, дав наказ к выпускному из одиннадцатого заполнить их от корки до корки. Вспомнив это и весь тот день вплоть до минуты, я усмехнулся. И тогда у меня родилась идея.

Одну за другой я оторвал цветные буквы с обложки и выбросил их в мусорное ведро. Потом я взял карандаш, с хрустом открыл первую страницу и стал думать, с чего начать.

«Двадцать семь дней назад случилось так, что люди вдруг перестали умирать…»

Нет, не годится. Все и так знают, что случилось, к чему эти лишние предисловия? Я стёр написанное и начал заново.

«Сегодня двадцать четвёртое августа. Двадцать седьмой день с начала вымирания. Телевидение исчезло почти сразу…» А дальше вы и
Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.