Записки сервера стр. 13
мог бы глаза им отвести, но не хочу понапрасну Сисадмина тревожить. Он на такие штуки очень нервно реагирует, улыбнулся Гордей. Улыбка у него была добрая и спокойная — как у тихо помешанного. И все зубы были на месте, красивые т ровные, словно брусочки рафинада.
— Ты что, зуб себе наконец-то вставил? — попробовал я перевести разговор на другое.
— Не, новый вырастил. Заодно от стенокардии избавился, от холецистита и прочих мелких болячек. Хотел еще рост увеличить сантиметров на десять и мышечную массу нарастить, да раздумал — на кой мне это теперь надо?
Я чуть было не захлебнулся пивом.
А что, если он сейчас трахнет меня бутылкой по башке? Поди знай, что у сумасшедшего на уме…
В том, что Гордей сбежал из психушки, у меня сомнений не было. Потому и без денег, потому и голодный. Ишь ты, в детском садике ночевал, в старшей группе…
Я протянул ему двадцатку.
— Возьми, пока я не забыл. Ты знаешь, меня жена вообще-то в магазин послала… Она не любит, когда я с утра пиво пью. Так что это все тебе, подвинул я ближе к Гордею остальные бутылки и сверток с бутербродами.
— Не дрейфь, я адекватный, — улыбнулся Гордей все той же доброй и беззащитной улыбкой. — Если хочешь знать, я боюсь тебя гораздо больше, чем ты меня. Я должен сказать тебе пару важных вещей, но, пока у тебя бутылка в руках, не решаюсь. Вдруг шарахнешь меня ею по голове?
Я так и не понял, дразнился он, озвучивая мои собственные мысли, или в самом деле меня боялся. Потому что из-за угла двухэтажного корпуса вдруг выбежали четверо — два милиционера и еще два каких-то мужика — и, набросившись на Гордея, повалили его на землю. Следом за ними важно прошествовала уже знакомая мне врачиха; из-под накинутого на плечи пальто выглядывали полы белого халата.
— Попались, голубчики! — торжествующе улыбнулась она. — Это ты помог ему бежать из
больницы? — строго спросила у меня врачиха. — Где дубликаты ключей?
— Каких ключей? — искренне недоумевал я.
— Это не он, — подтвердил Гордей, которого уже поставили на ноги и цепко держали за руки. Один из милиционеров доставал из-за пояса наручники, но они почему-то не вытаскивались. — Мне главврач двери открыл.
— Как это главврач? — хмыкнула врачиха. — Ардалион Витольдович такого сделать не мог!
— Мог, мог, еще как мог… — вяло настаивал на своем Гордей. — Ой, смотрите! — крикнул он, показывая в сторону ближайшей песочницы. — Вадик опять сыплет песок на голову Алене. Вадик, перестань сейчас же! — крикнул Гордей почему-то женским, визгливым и неприятным голосом.
Я посмотрел туда, куда указывала рука Гордея. В песочнице действительно Вадька сыпал песок на голову Алене.
Алена противная, ее никто не любит. Но сыпать песок на голову нехорошо, Марь Иванна, воспитательница, уже много раз говорила это Вадьке. Но он неслух и озорник, это все знают. И если он сейчас опять попробует отнять у меня машинку, я, как учил папа, дам ему сдачи. Размахнусь как следует — и дам!
Марь Иванна хлопнула в ладоши.
— А теперь, дети, все дружненько идем кататься на горку. К тебе это не относится, Чижик, — сказала она мне почему-то мужским голосом, ужасно знакомым. Ах да, это же голос… Гордея!
Именно в этот момент